Только моя сестра могла так правильно подобрать слова, даже не стараясь этого сделать. Она знала, по каким причинам у меня нет подруг. Я крепко обняла её в ответ.
– Дай я переоденусь и пойдём. Кстати, откуда ты знаешь, где его искать и что он не дома?
– Тут же всё логично: он с парнями… ну, или не с парнями… задержался. А значит, только подходит к дому. Если мы поторопимся, то можем успеть его застать. И может быть даже не одного.
– Да ты гений, Катюха! – поразилась сестра.
Сейчас мне долго ждать не пришлось. Она так же, как и я, переоделась в темную одежду.
Мы шли по тёмной улице деревни, держась под руки. По пути я рассказывала ей о том, что мы с Димой танцевали о том, что было дальше. Сестра не посмела меня подколоть и молча слушала. Только тихонько сказала «поздравляю», узнав о моём первом поцелуе и первой взрослой ошибке.
– Смотри! – шепотом воскликнула она, показывая на две фигуры вдали.
– И как я не заметила! – вздохнула я.
Ну конечно, мы ведь уже подошли к дому Зорина. Я чувствовала, как сердце колотится от волнения.
Мы решили спрятаться за небольшим ларьком, если можно так назвать. Скорее, это были обычные столики, которые выставили в виде прилавка.
К счастью, наши глаза понемногу привыкали к темноте, а в кромешной темноте мы могли расслышать девичий голос:
– … мне там очень понравилось. Надеюсь, мы с тобой всё-таки сходим туда на подольше, Дим.
Девушка в полупрозрачном платье и высокий парень с черными кудрями остановились около ворот.
Он элегантно держал сжатые в кулаки руки за спиной. Наклонился к девушке, стоявшей непозволительно близко к нему. Они могли бы соприкоснуться носами, не будь Дима выше Юли на голову. Она ведь сейчас на каблуках. Он достаточно долго шептал что-то ей на ухо, пока она водила своими пальцами по его груди, нарочито останавливаясь на пуговицах рубашки, и, кажется, начинала их расстегивать.
– Ну не злись, Димочка, – услышала я.
Вглядевшись получше, я не сдержала шумный выдох. Они вновь впились в губы друг друга. Ситцева обнимала Диму за шею, слегка сжимая его волосы в своей ладони.
– Лиза, пошли отсюда, пожалуйста, я…
Не знаю, как она это сделала, но у неё получилось увести нас от дома Зорина незаметно. На протяжении всей дороги она держала меня за руку, и делала бы это дальше, если бы я не села на лавочку.
– У тебя есть вода? – спросила я, тихонько всхлипывая. Ноги не держали меня, а за пеленой слёз я не видела, куда мы идем и где находимся сейчас.
Сестра порылась в своей сумочке, но достала оттуда лишь пустую бутылку.
– Недалеко отсюда колонку видела, сейчас наберу, – пообещала она, и, погладив меня по руке, ушла.
Я поджала под себя колени и уткнулась в них, тихонько всхлипывая и вздрагивая. Жить по принципу «лучше сделать и жалеть об этом, чем жалеть о том, чего не сделал» оказалось не всегда полезным. Обнимая свои ноги, я думала о том, что делать дальше.
– Ну что ты, будет, будет, – меня погладили по спине, отчего я испуганно охнула и отскочила от неизвестного.
Передо мной опять сидел Костя. Только сейчас он не ухмылялся, а смотрел на меня с жалостью.
– Издеваться пришел? – нахмурилась я, отсаживаясь от него дальше, насколько это возможно.
– Нет, что ты, – он помотал головой. – Нельзя шутить над этим.
Я выгнула бровь.
– Что?
– Не притворяйся. Я ведь знаю, что Юля с Димой… – он не договорил, поднимая руки вверх после моего гневного взгляда. – Сам видел.
Я не знала, что ему ответить, и нужно ли отвечать вообще. Сейчас мне было не до него, и он даже не раздражал меня своим присутствием.
– Ты не виновата, Катенька, – вдруг сказал он, двигаясь ко мне. – Это ведь Дима, чего от него ждать.
– О чём ты? – недоверчиво спросила я, глядя на него и вытирая слёзы.
– А ты не знаешь? – удивился он. – Тебе не рассказывали?