– Ты вернулась? Ты останешься здесь? – с надеждой спрашивала сестра.
– Ой, ну что вы заладили-то! – весело воскликнула я. – Кто знает, кто знает…
Жестом я позвала Диму за собой, чтобы он поставил мольберт в мою комнату. Бабуля, которая застыла в коридоре, уж точно не ожидала увидеть меня, а когда в дом прошёл Дима, она удивленно охнула, сложив руки на груди.
– А вы… а как… – лепетала она.
– Всё в порядке, – заверила её я, а затем повернулась к Диме. – Зорин, ты чай будешь?
Парень активно закивал.
Через пару минут мы уже сидели в моей комнате с кружками чая с бергамотом и целой тарелкой бабушкиных пирожков.
– А нам можно? – с подозрением спросил Дима, поглядывая на них.
– Сегодня - да, – кивнула я и первая взялась за еду.
Глава 29
Мы болтали до поздней ночи. Сидели на полу в моей комнате и уплетали пирожки. Наконец-то разговор перешёл в спокойное русло, и я облегченно выдохнула. За эту неделю я испытала слишком много стресса, поэтому мы с ним пришли к решению: обсудим эту ситуацию чуть позже. И это, наверное, правильно, верно? Мы остынем и сможем взглянуть на неё, не воспринимая её так остро.
– Как это вообще пришло тебе в голову? – я с улыбкой разглядывала картину из цветов.
– Не знаю, – снова смутился Дима. Я заметила, что он смущается, когда его хвалят. – Я подумал, что обычная картина не будет подходить тебе. Нужно было что-то такое же, как и ты: уникальное и необычное.
– А я уникальная и необычная? – ухмыльнулась я.
Впервые за все наши разговоры он покраснел. Совсем немного, но от этого моя улыбка стала ещё шире. Дима отвёл взгляд, на долю секунды задумавшись. А затем вновь посмотрел на меня. Его зелёные глаза лучились добротой.
– Не только внешне, – он повертел руками у головы, изображая мои кудри. Я выгнула бровь: у самого ведь волнистые волосы! – Ты непредсказуемая, и это одновременно тянет и…
Он замолчал.
– Отталкивает? – с подозрением спросила я.
– Нет! – моментально воскликнул он. Я шикнула на него, так как бабушка с сестрой уже давно спали. – Дурочка, я не это хотел сказать!
– А мне кажется, что ты имел в виду это, – я хитро сощурилась на беспомощного парня.
– Кажется тебе. Я имел в виду «тянет и пугает».
– И когда же я «непредсказуемая»? – для меня это было удивительно. Мне казалось, что меня можно прочесть как открытую книгу. Но, видимо, типичные заводские настройки мужчин были и в крови Зорина.
– Да хоть сейчас, – сказал он так, будто это было очевидно. – Я думал, что мы надолго поссоримся, что ты будешь плакать, кричать на меня, ну, всё в этом роде. В общем, уж точно не рассчитывал на чай.
Что ж, в чём то он угадал, но при нем я плакать не собиралась. Я откашлялась, чтобы скрыть недовольное лицо, а он счёл это за просьбу о продолжении.
– Ещё… когда я тебя учил кататься. Даже дети обычно перестают бояться почти сразу, начинают ехать и не боятся упасть, а тут…
– Так, всё, я поняла, – перебила его я. Мой предупреждающий взгляд мгновенно остановил его смех.
И всё же ему пришлось уйти. Внезапный телефонный звонок напугал нас обоих. Жестом он попросил меня помолчать, и в абсолютной тишине я услышала голос его матери, но что именно она говорила - не слышала. Очевидно было то, что ему пора домой.
Началась череда неловких моментов. Он поджал губы, подтверждая то, что ему нужно идти. Я только понимающе кивнула, забрала у него пустую кружку и отнесла на кухню вместе со своей, пока он шёл в коридор, чтобы обуться.
Мы смотрели друг на друга молча, не зная, что ещё можно сказать.
Он осмелился первым. Сделав несколько шагов, он сжал меня в объятиях, покачиваясь вместе со мной. Я уткнулась носом в его плечо, пока он с легкостью опёрся подбородком на моё плечо. Ладно, обманываю: ему пришлось наклониться.
– Прости меня, Кать, – прошептал он рядом с моим ухом. – Я на самом деле вёл себя как последний…
– Дурак, – вздохнула я, заканчивая за него.
– Для тебя это выглядело действительно некрасиво. Мне нужно было сразу всё рассказать, ну, объяснить, – раскаивался он.