– Дим? Что случи…
– Катя, стой! – вдруг закричал он.
Парень резко дёрнул меня за руку в свою сторону и заслонил меня собой. Я хотела возмутиться, мол, что вообще происходит?
Но затем я увидела фигуру, стоящую возле окна. Только сейчас мне в нос ударил резкий запах бензина, который был пролит всё это время. Я вцепилась в руку Димы, боясь пошевелиться.
Мы смотрели друг на друга на протяжении нескольких секунд, и никто не произнёс ни слова, и уж тем более не сдвинулся с места. А всё потому, что в руке этого человека горела зажигалка.
Глава 41
Страх сковал меня, казалось, даже мыслить было тяжело. Возможно из-за этого я не смогла понять, кто передо мной стоит. Человек был в мешковатой одежде, лицо скрывала кепка и капюшон. Это мог быть как мужчина, так и женщина.
– Послушай, не нужно этого делать… – тихо начал Дима, всё так же не решаясь сдвинуться с места.
Но вот человек сдвинулся. Огонь полыхнул в его руке, и мы услышали совсем тихий, очень низкий мужской голос:
– Поздно. Нужно было думать раньше.
Пламя охватило комнату за несколько секунд: оказалось, что бензин был не только на полу, но и на мебели и стенах. Я вскрикнула в ужасе и в понимании того, что проход к двери перекрыт огнём.
Но Дима схватил меня за запястье и потащил за собой.
– Дима! Куда ты меня тащишь?! – я не соображала, что происходит.
Мы покинули небольшой коридор между кухней и комнатой и снова оказались на кухне.
– Нужно выбраться через окно, – чётко произнёс он и начал открывать его.
Тёмные тени улицы в один момент сменились на внезапные и резкие вспышки огня, который постепенно превращался в кольцо.
Мы отпрянули от окна, всё ещё держась за руки. Дышать становилось тяжелее, приблизиться к полу показалось нам хорошим решением.
– Что нам делать? – испуганно спросила я, глядя на то, как огонь медленно охватывает всё больше и больше территории.
– Водой не потушить, только хуже сделаем, – глаза Димы метались в поисках хоть чего-то, что сможет нам помочь.
Он достал из сумок полотенца, чтобы мы дышали через них, и сделал это вовремя: ещё бы чуть-чуть, и стало бы тяжело дышать.
Мы в панике оглядывали помещение, в котором с каждой секундой становилось всё тяжелее находиться. Наши руки всё ещё были скреплены, но это ничуть не успокаивало меня. Наоборот, горло сдавило, но не от дыма, а от страха и подступающих слёз.
– Эй, нет, нет, – Дима замотал головой и повернулся ко мне. Сквозь треск дерева и огня я слышала его с трудом, мне приходилось напрягать слух. – Нельзя плакать. Мы выберемся…
– Как?! – голос подвёл меня и сорвался на хрип. – На улице тоже огонь, нам некуда бежать, Дима! Все пути перекрыты!
Я разглядывала его лицо и одновременно боролась со слезами. Я видела и знала, что он старается держаться, но в его зелёных глазах всё равно таился страх. И теперь на его лице вместо безупречной улыбки была тревога, паника. Только бы не отчаяние…
Он помог мне сесть, а сам оглядывался в поисках хоть какого-нибудь спасения.
– Мы выберемся, – твёрдо, даже с напором произнёс он, глядя в мои глаза. – Я обещаю.
Я только смогла ему кивнуть.
Всё ещё держа меня за руку, он повёл меня обратно, в узкий коридор, разделяющий кухню и гостиную.
Краем глаза я заметила высоко в стене…
– Окно! – воскликнула я и уже хотела к нему подбежать, но Дима меня вовремя остановил.
– До него не достать, – он говорил скороговоркой. – Только если…
Он мигом принёс стул из кухни и поставил его под окно, чтобы мы смогли выбраться.
Время потеряло свою форму: нам казалось, что оно отдельное для разных событий. Огонь разгорался всё больше и подбирался ближе к нам быстрее и быстрее, настолько, что даже с улицы пробрался на кухню и уничтожал её. В этот же момент Дима пытался открыть как назло заклинившую створку, и было ощущение, что он делает это уже несколько минут. С каждым разом он дёргал её на себя сильнее, и у него получилось, когда огонь проник в сам коридор, отчего я вскрикнула.