Александр в это мгновение даже и не догадывался, о чем размышляет девушка рядом. Он с энтузиазмом вещал. Губы его лоснились как брюшки лосося, щеки горели румянцем.
- Успех роты на девяносто девять процентов зависит от мастерства отдельного военнослужащего. При этом боевой подготовке у нас уделяется ничуть не меньше внимания, чем в иных подразделениях. Мы не декоративные пудели, а серьезные бойцы! Солдаты почетного караула наравне с другими военнослужащими смогут выполнить любую задачу. Однако мы элита! Продемонстрируем виртуозные элементы с вращением карабина, без проблем выполним сложнейшие блоки программ.
Соня в это время медленно прощалась с жизнью. Мысли медленными хлопьями оседали в голове, превращались в ледяное отвращение.
- Чтоб ты сдох, душегуб. Хоть бы на розы глянул и смекнул, что дело пахнет керосином. Скоро упаду прямо на дорожку, и снег прикроет мой хладный труп. Околею во цвете лет, как собака безродная. А у этого даже ус не дернется! Ишь, как распочковался, аж брызжет от удовольствия. Вздулся, как голубь на карнизе, клювом щелкает. Мордоворот! Как надену портупею, так тупею и тупею. Паркоход проклятый!
Александр тем временем шпарил c огромным вкусом. Молчание окоченевшей девушки он принимал за неподдельное восхищение. Такое восторженное внимание согреет любую душу и вдохновит на ораторскую доблесть!
- Выполняем наш священный ритуал обычно, чеканя шаг. Как всегда безукоризненно и по-военному четко. Звучит песня про синеву, которая расплескалась. На душе радостно, хоть расцелуй весь мир. И особенно веселит душу монетка, приклеенная к каблуку. Благодаря ей топот выходит звонкий, гулкий, бодро рассекающий воздух. Сущая идиллия! Почти как у нас с Вами. Хотите, мы и Вам монетку к сапожку пришпандорим? С таким изобретением Вы еще двадцать кругов вокруг парка навернете, не моргнув глазом. Редкое счастье - осознавать свой стремительный шаг, владеть внешним миром. А держать мир под собственным каблуком, ой, как приятно - да будет Вам известно. Попробуем?
- Может, в другой раз? На таком морозе клей не схватится. Да и каблучок у меня тонкий, не для монетки.
- Прекращайте свои женские увертки! Живо снимайте сапог! Я Вас научу Родину любить!
Соня внезапно очнулась. Она так продрогла, что потеря обуви была равносильна погибели. Розы съежились, странно помертвели. Пятясь задом, еле вращая языком, посиневшая девушка решила незамедлительно действовать во имя собственного спасения. Она собрала волю в кулак, откинула сомнения и поспешно засеменила по дорожке подальше от мучителя. Каблучки нелепо скользили, пятки выворачивались в стороны. Александр на миг опешил, а потом громко гаркнул ей вслед:
- Однако! Постойте, Вы куда?! Отставить!
Вечно робкая, деликатная Соня вдруг изменилась до неузнаваемости и, развернувшись к незадачливому кавалеру, скрутила ему дулю прямо под нос. Глаза ее метали искры, губы дрожали.
- Выкуси, солдафон бесчувственный. Да будет тебе известно, что в вопросах любви бегство - это зачастую единственное спасение. Не хлебнув щей, не лизнешь меда. Еще раз приблизишься - закрою тебе глаза монетками и пущу по реке Стикс. Будешь там чеканить со своим священным ритуалом, чертей покорять.
Бунтарка исчезла, растворилась в белесой дымке. Брошкин застыл на месте и впервые за вечер ощутил холод. Озноб проникал в самое сердце, сводил грудь острой болью. Тихо падал снег. Вокруг кружилась белая, почти невесомая пыль. Звезды сжимались от мороза, тускло мигали. Александр покачал головой, цокая языком от негодования.