- Прекращай свой заунывный плач. Слышать не желаю эти стоны. Достало! Ты мне всю плешь проел! Даю тебе последний шанс. Я купила путевку в Тайланд. Если тебя океан, солнце и фрукты не приведут в чувство - развожусь без промедления.
Так несчастный Роман Андреевич оказался на одном из самых прекрасных островов в этом мире. Он чуть не помер во время длительного перелета, однако боялся жаловаться, потому что жена пристально наблюдала за ним с прищуром матерого ротвейлера. Она ждала слабины, малейшего проявления недомогания, чтобы вцепиться в горло и спровоцировать ссору.
Пхукет потрясал воображение. На родине всех предельно заела поздняя осень с дождями и постоянной грязью на улицах, а следом за ней зимний период с вечными морозами, гололедицей и реагентами на дорогах. Здесь же был истинный рай. Тропическое солнце грело кожу и ослепляло глаза счастьем. Ноги утопали в нежности пляжного песка. Даже Роман Андреевич почувствовал себя немного лучше. Нос по-прежнему хлюпал, но уже как-то бодро, словно с предвосхищением праздника. Поначалу Глазунов с упоением выгревался тюленем на пляже, подставляя свои бока жаркому солнцу. Он представлял себя тугой колбаской на сковородке и шкворчал от упоения. Однако долго ему нежиться не пришлось. Жена вмешалась в ленивую идиллию.
- Что залег, бездельник? Мы что, сюда приехали только жрать и спать? Мне уже выть хочется от скуки. Нос твой вполне просох, глаза блестят - пора и на экскурсию съездить! Мне тут местный тушканчик предложил змеиную ферму. Поехали, хоть вырвемся из этой бессмысленной скотофермы. Хлебнем, так сказать, местный колорит.
Пришлось покориться. Змей Роман Андреевич, сказать по правде, люто ненавидел и смертельно боялся. Однако чего хочет женщина, тем не гнушается и Бог. Евгения Викторовна визжала от восторга, вглядываясь в свернувшиеся клубки в террариумах. Складывалось полное ощущение, что рептилии боятся более опытной соплеменницы. Они съеживались и как-то странно стеснялись. Змеи прятали головы под хвосты, сворачивались от отвращения и страха. Бодрый гид прыгал перед опешившими туристами и с восторгом кричал о брызгах яда, крови кобры, желчи питона, поцелуе со смертью. Рептилий по очереди доставали из ящиков, сворачивая в морские узлы. Ведущий с воодушевлением рассказывал о них, а специалисты уже занимались представлением - дразнили аспидов, провоцировали, раскручивали, клали свои пальцы им в рот, целовали в сахарные уста и впивались зубами в холеные спины. Сущий сатанизм, одним словом! Глазунов бледнел, покрывался крупным потом, боялся рухнуть в обморок от такой мерзости. Мангровые змеи, сетчатые питоны, сиамские кобры, древесно-лучистые полозы… все смешалось в сплошной клубок гадливости и тошноты. Привела Романа Андреевича в чувство все та же настырная жена. Она шипела ему в ухо со злорадным восторгом, и в этот момент, видит небо, ему показалась, что язык у нее подозрительно раздваивается.
- Эй, ты меня слышишь? Ты вообще хоть что-нибудь понял из речи гида? Как ты только университет закончил с подобной невнимательностью? Ты только послушай, что он предлагает! Настоящее чудо и твое спасение! Это знак свыше!
- Что ты имеешь в виду?
- Сердце кобры! Вот что тебе следует съесть!
- Ты ополоумела? Совсем рехнулась под тропическим солнцем? Говорил, что надо панаму надевать, а не бравировать лакированной укладкой.
- Дурак! Вечно меня унижаешь, не разглядев истины! Сколько у тебя деньжат с собой? Баксов пятьсот имеется?
- Деньги-то в наличии, но не в этом суть! Мы же не кровопийцы какие-нибудь, не живодеры! Ну, ладно местный народ ни Бога, ни черта не боится, но Женя, ты же - цивилизованная дама! Что ты несешь, на какую провокацию ведешься? Стыдно! Ты понимаешь, что ты мне предлагаешь? Тебе тварь земную не жалко? Хоть и мерзейшее существо, а в глаза как смотрит… и тоже хочет жить! Жалко Горыныча! Ты же женщина, Женя! Где твое милосердие? Я уже не говорю о здравом смысле!
- Тююю, разнылся опять. Соберись, тряпка! Закон джунглей - выживает сильнейший. Все слабые являются пищей для сильных - так заведено. Вспомни, как ты на даче карасиков тягаешь, а потом их на сковородочку до золотистой корочки. А в сметанке потушить? Одно удовольствие! Пальчики оближешь! Кобра для них - то же самое, зато ценность у нее колоссальная. Если ты проворонил, что вещал гид, я тебе благородно повторю. Сердце кобры являет собой не только изысканный деликатес, но и служит для ритуала, уходящего корнями в глубокую древность. Сиамская кобра - это одно из самых удивительных живых существ на земле, она никогда и ничем не болеет. Ты понимаешь, к чему я клоню? Съешь ее сердце, и дух змеи навсегда поселится в твоем теле. Станешь мудрым, ловким, а главное, абсолютно здоровым. Ради чего, собственно, ты сюда и ехал. Глотай сердце, трус! Наяривай с треском!