Если хочешь рассмешить Бога - расскажи ему о своих планах. Валера по-прежнему вяло реагировал на неистовый порыв нашей героини. На письма отвечал через неделю, в реальной жизни отрывисто буркал в ответ. Ни интереса, ни сочувствия, ни малейшей искорки любви! Мямлит приветствия с вежливой улыбкой, глаза прячет в сторону, а потом снова в раковину сворачивается - не подступиться. Одним словом - скептик. Однажды Аня разозлилась окончательно на равнодушного увальня и решила брать быка за рога. Приблизившись к желанному идолу, Несмелова лукаво потупила глазки.
- Валера, могу ли я к тебе обратиться с маленькой просьбой?
- Угу.
- Понимаешь, тут такая проблема… у меня начал компьютер барахлить. Он еще не совсем старый, а ведет себя довольно непредсказуемо. Я уже просто отчаялась и не знаю, что делать. Что тут скажешь? Слабая женщина! Знакомые ребята мне тебя посоветовали как первоклассного специалиста в этом деле. Вот я и решилась обратиться… вдруг согласишься посмотреть. Буду очень благодарна за помощь. В долгу не останусь.
Лазарев нахмурил лоб, замигал глазами и, подумав немного, пробормотал в ответ:
- Не знаю. Занят я. Хотя в субботу могу. В два часа дня.
- Прекрасно! Чудненько! Спасибо. Ты мой спаситель! Буду ждать с нетерпением. Пиши, пожалуйста, мой номер телефона.
Они договорились. Аня не могла опомниться от счастья. Она приобрела в магазине новое платье, записалась на укладку в дорогой салон, запаслась продуктами питания, планируя свести с ума своего кумира. Несмелова не спала ночами, придумывала приятные слова для объяснений. В субботу потенциальный кавалер ввалился в квартиру около трех часов. Вид у него был слегка примятый и взъерошенный. Не здороваясь и не объясняя причин опоздания, прошлепал прямо в туфлях к компьютеру. Развалившись в кресле, поклацал с суровым видом по клавиатуре, снял боковую крышку, внимательно уставился внутрь системного блока. Затем последовал отрывистый вердикт.
- Материнка, похоже, сдохла окончательно. Забираю в ремонт, после снова зайду. Есть подозрение, что кранты. Знаю по своему опыту. Если чудом пронесет - добавлю тебе оперативки для быстродействия, чтобы не зависал впредь. Завтра примерно в двенадцать вернусь.
Света охнула и обомлела. Глаза полезли на лоб, сердце упало в пятки. Валера вещал с таким непререкаемым авторитетом, что усомниться попросту не представлялось возможным. Совсем не глядя на результат активных стараний хозяйки квартиры, Лазарев хлопнул дверью и исчез. Его не пленила пепельная красота локонов, сияющая красота очей с тщательно подведенными ресницами. Розовое воздушное платье также осталось без внимания. Изящная фигурка съежилась, нервно дрожала под собственной дверью. Девушка даже не успела пискнуть на прощание. Она успокаивала себя, тешила иллюзиями. Жаль, конечно, что он не обратил никакого внимания на блеск влюбленных глаз, на благовидные внешние преображения. Однако есть еще один шанс! Прямо завтра он вернется, и уж тут Света не упустит возможности открыто заявить о своих чувствах!
На следующий день Валера снова лениво копошился под столом, чадил угрюмым молчанием. Света не решалась мешать священному процессу, бледнела и дрожала в соседней комнате. Вскоре объект пылких желаний закончил свою работу. Покрывшись пятнами, заикаясь, суетливо благодаря и робея, Несмелова протянула в руку профессионала хрустящую крупную банкноту. Не моргнув глазом, Валера отправил деньги в карман, просияв довольной улыбкой.
- Ну, мне пора.
- Валера?
- Что еще?
- Не выпьешь ли ты со мной стакан чая? Можешь и перекусить. Ты же, наверное, очень проголодался? Время обеда как-никак!
Лазарев нахмурился и медленно глянул на телефон. Подумав, он согласился.
- Ладно, давай.
- Садись, прошу тебя. Вот на этот стул. Возьми, пожалуйста, подушку под спинку, она довольно жесткая.
- Не стоит.
- Угощайся, будь добр. Я старалась.
Аня забегала, засуетилась, загремела посудой. Валерий развалился на стуле, осклабился. Сидел парень молча и наблюдал, не двигаясь, за голубем на карнизе. Тот раздулся, нахохлил перья и презрительно смотрел в ответ, косил глазом с ненавистью. И было, что ненавидеть! Стол просто ломился от яств. Аня превзошла саму себя. Жареная курочка с хрустящей корочкой, мясо по-французски, фаршированный перец, шарлотка, борщ, котлеты, блинчики, рыба, салаты всех названий… места живого не было. Лицо кавалера оживилось. Он крякнул, бодро схватил вилку и в полной тишине приступил к трапезе. Наяривал, надо отметить, с отменным вкусом, не размениваясь на мелочи и не отвлекаясь по пустякам. Тишина зависла гробовая, изредка нарушаемая усердным чавканьем. Валера старался, как перед смертью. Он раздирал еду настолько яростно, что Аня опасалась прервать молчание, лишь внимательно обхаживала гостя. Да она и не знала, что интересует загадочного собеседника. Боясь выглядеть глупой в глазах компьютерного светила, она подкладывала еду в тарелку, пыталась угодить возлюбленному всеми силами своей исстрадавшейся души. Ближе к финалу глаз у голубя округлился от негодования и помертвел от зависти. Аня же задыхалась от нежности.