Любовная идиллия продолжалась, благодаря капиталу, предусмотрительно прикарманенному супругом. Два интеллигентных человека самозабвенно обсуждали новости культуры, посещали филармонию, читали вслух стихи классиков. Время летело. Деньги тоже вылетали бодрыми пташечками. Винцо, приглушенный свет в кафе, драматические театры, конфеты в коробочке, розы в упаковке - кто знал порывы любви, тот понимает всю финансовую бездну этого увлечения. Когда деньжата подошли к концу, а до зарплаты оставались еще две недели, Дмитрий Семенович приуныл. Однако муза взяла все в свои руки и сотворила настоящее чудо: испекла шарлотку, нарезала сыровяленой колбаски. В сиянии свечей они читали Шекспира и держались за руки.
Ужины повторялись с завидной регулярностью. Дмитрий Семенович настолько пригрелся и распушился в гнезде своей голубки, что собственный дом показался ему противной жердью, натирающей лапы. Он словно прозрел. Закинув в чемодан десять пар носков, томик Бродского и старинную скрипку, Абрамцев отринул сомнения и покинул старую жизнь. Он гордо заявился к даме своего сердца и торжественно объявил:
- Кончено, Соня! Ликуй, моя душа! Проснувшись сегодня утром, я понял одну правильную вещь - здесь мой дом, мой единственный дом. Я твой навеки! До встречи с тобой я считал все слова о любви банальными и пустыми. Но теперь они наполнились смыслом, как и моя жизнь. Твоя любовь и забота сделали каждый день удивительным и радостным! Ты согрела меня, исцелила от пошлости жизни. Мы обретем счастье на двоих! Ты - мой цветущий сад, Эдем, и я с радостью застряну в нем на всю жизнь, до самой гробовой доски! Ты помнишь, как мы с тобой читали у Шекспира? «Здесь оставлю свою неумирающую суть… И бремя рока с плеч усталых сброшу… Запечатлейте долгим поцелуем бессрочный договор с небытием». Иди же ко мне, возлюбленная, скрепим наш союз поцелуем вечности.
Софья Никитична вдруг резко побледнела и прошептала охрипшим голосом:
- Димпунчик, я предельно ценю твои высокие порывы, но тут такое дело… понимаешь, мне надо срочно, незамедлительно уехать по семейным обстоятельствам. На длительное время, в другую страну. Ты бы не мог меня пока оставить? Мне надо очень быстро собрать вещи, забронировать билеты. В суете это сделать довольно тяжело, мне просто необходимо уединение, чтобы сосредоточиться и ничего не забыть. Я тебе сразу напишу, милый. Как только доберусь - моментально черкану пару строк. Пока-пока, масик, увидимся.
Входная дверь захлопнулась прямо перед носом восторженного Ромео. Пока Дмитрий Семенович приходил в себя и возвращался к безответной реальности, Софья Никитична тайно крутила комбинацию из трех пальцев и приговаривала:
- Ишь, чего захотел! И на шею присесть, и лапки свесить. Не выйдет! Одно дело - принимать кавалера раз в неделю, а другое - носки ему штопать и утирать длинный нос. Молодец я, хватку еще не потеряла. Вовремя предотвратила трагедию. Еще бы немного - и катастрофы не миновать. Шекспира он захотел, гробовой доски, яда. Ухо тебе от селедки, Ромео недоделанный!
Дмитрий Семенович вернулся домой. Кажется, что он вполне счастлив в лоне собственной семьи. Бес затих, обмяк и вяло скукожился. Абрамцев перебесился. Он ходит в школу, читает Шекспира на досуге. Дети его не любят, однако терпят. И не удивительно - скоро конец четверти.
НЕПОДДЕЛЬНЫЙ ИНТЕРЕС
Петр Сырников внимательно рассматривал женские анкеты на сайте знакомств. Вынудила его к этому сомнительному времяпрепровождению сама судьба. Не везло мужчине с личной жизнью, хоть убейся об стену. В свои неполные сорок семь лет он был абсолютно, катастрофически одинок. Работу имел достойную, внешность благоприятную, характер мягкий. Однако как-то не задалось, не сложилось. Вот и пришлось действовать окольными путями. Просматривая анкеты, Петр все больше разочаровывался в женщинах, приходил в тихий ужас. Это была какая-то бесконечная ярмарка тщеславия, парад породистых лошадей. Манерные фотографии рябили перед глазами тонной макияжа, океаном пластики, агрессивным фотошопом и фильтрами. Самый распространенный типаж - губы уточкой или куриной жопкой. Не попалось ни одного естественного выражения лица, демонстрировалось повальное заболевание мозга. Оставалось только догадываться, как выглядят лица претенденток на любовь в обычном состоянии. Антураж для фото - отдельная тема. Чем думали дамы, делающие селфи в «предбаннике» женского туалета? Неужели другого места не нашли? Хорошо, хоть не сидя в позе орла на белом друге. Дешевые понты - наше все. Одна прелестница преклонных лет порадовала разнообразием - выложила фото в купальнике, стоя на коленях на песчаном бархане. Эдакая тигрица в пустыне, восточная Шахерезада. Все бы ничего, но по очертаниям панельных многоэтажек в углу снимка Петр вычислил знакомое место съемки: старый песчаный карьер в городе, вырытый в советское время для стекольного завода, впоследствии заброшенный, постепенно заполнившийся грунтовыми водами, мусором и нечистотами. Он смутно припоминал, что в прошлом году там, вроде, нашли чей-то расчлененный труп в чемодане. Жуткое место с претензией на эксклюзивность!