- Это она! Любимая, милая! Я нисколько не сомневался…
Потом лицо его вытянулось, странно помертвело. Крупные хлопья снега опускались на бледные щеки и сбившуюся опушку капюшона. Глаза погасли. Ромео в этот вечер узнал очень много. Он узнал, что глупо рисковать собой, мешать спать честным людей. Выяснил, что не следует ломиться в чужую жизнь без предупреждения. Он уяснил, что Джульетта ненавидит розы и презирает сентиментальных неудачников. Ротвейлер равнодушно уставился на понурое лицо воздыхателя и широко зевнул. Что тут скажешь? Для собак и влюбленных Луна светит по-разному. Тихо падал снег. Звезды роняли скупые слезы на озябшую землю. Съежившись от холода и разочарования, умирала романтика.
ОЧЕРЕДЬ
Вечер. Час пик в продуктовом магазине. Потный, полный мужчина напирает на плечи, тяжело дышит, толкается. Молодые ребята сидят прямо на полу, ждут своей очереди, уставшие, мокрые от летней духоты. Спорят с рьяными нарушителями, что рвутся вперед, яростно плюют в спину. Кто-то слезно просит пропустить его в этой давке из тел, стонет, что куда-то опаздывает. Толпа понимающе расходится, как перед лучезарным Моисеем, пропускает человека, а после снова смыкает проход. Денис Молчков стоит с корзиной продуктов и терпеливо ждет своей очереди. Выглядит он после репетиции в театре неважно: худой, бледный мужчина высокого роста, похожий на потасканную метлу. Редкие волосы сбились влажными сосульками, крупные капли пота выступили на лбу. Денис вздыхает, переминается с ноги на ногу и молит небо о прекращении испытаний.
Наконец, заветная касса на горизонте. Топтание по мукам подошло к концу. Кассир, пожилая дама с элегантной прической и с очками в золотой оправе, умиротворенно выполняет свою работу. Она никуда не торопится. Движения ее плавны и обстоятельны, давят на нервы. Внезапно к кассе со всех ног несется мужчина с бутылкой крепкого алкоголя, просит пробить без очереди. Дама смотрит из-под очков и громко спрашивает у очереди низким, грудным голосом:
- Господа, никто не против сударя пропустить? Настигло его обстоятельство непреодолимой силы.
Очередь удивилась, но не запротестовала. Денис, стоявший первым, при подобном обращении вдруг непроизвольно выпрямил спину, поправил мокрые волосы. К нему словно незримо прикоснулся дух галантного века. Молчков прищелкнул каблуками и обернулся вокруг собственной оси. Словом, спонтанно вошел в образ. При неожиданном повороте он увидел у себя за спиной печальную молодую женщину с мальчиком, в руках у которого был пакет с печеньем. Мальчик стоял в искривленной позе, глаза косили, голова странно дергалась, выдавая отклонение от нормы. Сердце у Молчкова дрогнуло.
- У Вас только печенье? Проходите вперед, пожалуйста.
Девушка за спиной взревела:
- Да сколько можно! Ты что, все пропускать собрался? Экий дурак: чуть что - и обмяк. Давай тогда и меня вперед, а то с таким кретином до утра стоять буду.
Молчков нахмурился и пробормотал:
- Проходите, барышня. Я с Вами не то, что стоять рядом, одним воздухом дышать не желаю.
Склочная особа сверкнула злыми глазами, однако ловко проскользнула вперед. Следом за ней нарисовалась мощная бабища в обтягивающем платье, которое трещало по швам. Она вытащила из коляски внука и без обиняков потребовала пропустить ее вперед. Денису было обидно и стыдно, однако он согласился. Против внука, как инструмента преодоления очередей, спорить было бесполезно. Молчков понуро смотрел на то, как суровая бабушка выкладывала бесконечные товары на ленту, кричала о своих правах. Пот стекал между лопаток, дышать становилось все труднее. Молодежь на полу ворчала, скалила зубы. В это самое время кто-то тронул плечо Дениса. Мужчина оглянулся и увидел священника в черном одеянии. Тот заглянул в душу умильными очами и тонко ввернул просьбу:
- Сын мой, пропусти во славу Господа. Дарует он тебе все блага земные за деяния твои милосердные. Очистит сердце твое от скверны мирской, суеты тщетной. Да осенят тебя ангелы перстами направляющими, челами, обрамленными златокудрой прелестью. Уважь старца немощного, Христа ради. Спешу к вечерней службе.
Молчков смутился и прошептал, склонив голову:
- Конечно, конечно, батюшка. Прошу Вас, проходите.
Денис так проникся слезной речью, что прикрыл глаза и перекрестился. Когда глаза открылись, то взору предстала занимательная картина. Бомж скинул рясу, кинул на ленту бутылку сомнительного свойства и, подмигнув опешившему благодетелю, смачно рыгнул. С момента театрального розыгрыша понеслась воинствующая вакханалия. Толпа измученных людей, почуяв природную слабость Молчкова, кинулась в бой. Пожилой мужчина с одной коробкой шоколадных конфет очень спешил к своему внуку-первокласснику. Ловкая дамочка кинула на ленту влажные салфетки, не спросив разрешения. Дедок с бутылкой пива скользким угрем прошмыгнул впереди паровоза. Молодежь с сигаретами табуном промчалась мимо кассы. Денис бледнел все больше, сжимался под ударами судьбы. У него не находилось слов для подобной наглости. Посылая огненные лучи проклятия, Молчков терпел и страдал невероятно, однако изменить сложившуюся ситуацию был не в силах. Рубашка промокла насквозь и прилипла к спине, волосы стояли дыбом. В момент полного отчаяния его настигла соседка, вошедшая в магазин. Глянув на длинную очередь, хваткая пенсионерка вонзила глаза в трясущуюся жертву обстоятельств. Тут же на ее лице растянулась довольная улыбка. Она проворно собрала продукты, растолкала толпу, а после схватила Молчкова за локоть.