- Поехали!
С тех пор все действительно поехало наперекосяк. Планы и ожидания рухнули в бездну. Рябунков выпивал бутылки с азартным пылом. С каждой новой стопкой понурый старик буквально преображался на глазах. Сутулая спина горделиво выпрямилась, глаза заблестели развратным жаром. Ближе к трем часам ночи посыпались безнравственные предложения:
- Матвейка, а не пора ли нам телочек сцепить? Что мы все анахоретов из себя корчим бесполых? Где тут клуб ближайший? Хочу тряхнуть старыми косточками, размяться. Ты знаешь, какие девочки на побережье? Первый сорт! Пальчики оближешь!
Матвей, с испугом глядя на разбушевавшегося соседа, удрученно пробормотал вялым, заплетающимся языком:
- Владимирович, не пори горячку. Давай лучше отдохнем с дороги. Переезд был тяжелый, все устали. Какие теперь бабы - глаза слипаются от усталости. Не позорься. Вот завтра выспимся и начнем охоту. Утро вечера мудренее. Спать, коллега, спать!
Рябунков приосанился, заметал из глаз молнии на слабого партнера и взревел:
- Вот молодежь пошла! Глянуть противно! Дунешь - снесет. Пошли курятники топтать, салага! Поднимайся, моль тщедушная, на том свете выспишься. Я в твоем возрасте меньше двух бутылок в одно горло не всаживал. И хоть бы хны! Спать ему приспичило! Сосун малолетний! Щенок! Ладно, спи, слабак, толку с тебя все равно никакого. А я отправляюсь в разнузданный блуд.
Матвей опешил и обмяк на кровати. Пока он икал от изумления, завхоза и след простыл. Голова была тяжелая, клонилась к подушке. Проваливаясь в мутный кошмар, Потрашков извивался и размахивал руками. Ему снился непроходимый лес, колючие ветки, туман и волчьи глаза за каждый стволом. Утром Матвей вскинулся от ужаса. Все суставы выворачивало словно после тяжелой болезни. Голова кружилась, тошнота подкатывала к горлу. С трудом разлепив глаза, молодой человек принялся осматривать комнату. И кого же он увидел, спросите вы? Ровным счетом никого! Игорь Владимирович пропал, словно канул в Лету. Обнаружили каналью на пляже. Завхоз дремал в изысканной позе на лежаке, а в объятиях его нежилась шикарная блондинка. Слух об успешном Казанове прошумел по всей гостинице. Коллеги хохотали, шушукались, показывали пальцем на бледного и изможденного Матвея. Тот закатывал глаза и мучился от головной боли. Проснувшийся Рябунков, наоборот, выглядел бодрым огурчиком и сиял глазами. Блондинка была с почестями отправлена восвояси. Игорь Владимирович резво собирал сонных коллег, командовал бодрым тоном:
- Стройтесь, собачьи дети! Все бы вам штаны протирать в номерах. Живо на экскурсию! Труба зовет.
Экскурсия вышла неожиданной. Доморощенный генерал ближе к вечеру пропал без вести. Гид безуспешно кричал по всем сторонам света - Рябунков исчез. Напрасно коллеги бегали по переулкам, взывали к совести и здравому смыслу мерзавца. Все было тщетно! В конце концов, туристический автобус отъехал от центра города, обрекая завхоза на безнадежные поиски транспорта в ночи. Матвей радостно потирал руки. Он полностью пришел в себя и даже успел соблазнить во время поисков Машеньку - милую бухгалтершу с пухлыми щечками. Пропажа соседа была на руку Потрашкову. Он сиял и предвкушал радости случайной любви в свободном номере. Прекрасный искуситель целовал девушку в ручку и ласково приговаривал:
- Ах, милая Мари. Вся ночь впереди - и вся она наша. Сначала мы отправимся в ночной клуб рядом с гостиницей, сольем наши тела в медленной музыке. После прогуляемся вдоль ночного моря, и я покажу тебе самое яркое созвездие на ночном небе в это время года. А потом, потом… Маша, Маша, я просто таю от твоей чарующей, неземной красоты. Я весь твой потом, без остатка, без примеси.
Ночной клуб - это место, где время останавливается и ритмично пульсирует, а заботы остаются за порогом. Матвей прижимался к партнерше, вглядывался в огромные глаза Маши, таял в дымном дурмане. В разгар дискотеки громогласный ведущий вызывал на сцену незнакомых парней и девушек. Из них образовались пары, танцевавшие под энергичную музыку. Дальше случилось нечто странное. Ведущий вошел во вкус, и пары стали раздеваться под его строгим руководством. Публика ликовала, пришла в полное неистовство. В какой-то момент девушки гроздьями повисли на руководителе конкурса и стали впиваться губами в седые усы. Седые усы?! Матвей резко очнулся и не мог поверить собственным глазам! В центре сцены стоял счастливый Рябунков, а девы в нижнем белье обвивали его тщедушное тело. Счастливый распорядитель бала похлопывал юных красавиц по мягким округлостям и рассовывал в трусики крупные купюры. Маша взвизгнула, бросила Матвея и опрометью кинулась на сцену, стягивая с себя вечернее платье. Началось сущее неприличие. Женский визг, объятия, сатанинские позы. Лифчик Маши каким-то волшебным образом оказался под столом, на котором она выплясывала босиком, раскидав по сторонам туфли и всю стоявшую там посуду. Рябунков ползал по полу червяком, извивался и кричал: