Глаза у англичанина округлились и загорелись как у голодной собаки. Он заерзал на своем стуле так яростно, что тот заскрипел и заходил ходуном. Вдруг жених встрепенулся и поднял вверх правую руку.
- Эммм, позволь мне эту шкурочку. Уж очень уважаю, высокие чувства испытываю. Можно сказать, даже люблю.
Не успела Марина прийти в себя, как кожица уже оказалась на вилочке, а затем во рту иностранца. Он съел ее молниеносно, словно слизал. Женщина опешила и пробормотала:
- Не поняла… что же это? А как же невинно убиенная живность, внимание к страданиям братьев наших меньших, милосердие человеческое?
Крис с треском почесал скудную бороденку, подмигнул лукавым глазом и торжественно провозгласил:
- Да, да, дорогая, ты, несомненно, права. Однако в мире, в котором нет скидки на слабость, царит пыльный формализм. Пусть я вегетарианец, но раз путешествую, то мне можно расслабиться, тряхнуть стариной. Ну-ка, подайте сюда этого цыпленка - примемся за дело без лишних сантиментов. Все равно курице до облаков не подняться, какой с нее толк. Курица - не орлица, а подневольная птица. А тот, кто раб - тот обречен и слаб. Тэкксс, и винца подлейте. Выше, выше, полный бокальчик, по самый краешек. Хорош! За Ваше здоровье!
РОЗОВЫЙ ДЫМ
Любовь - неожиданная гостья. Врывается без спроса, бьет ножом прямо в сердце. Хотите посмеяться над старым идиотом? Это я, Александр Семенович Мурцов. Мне пятьдесят пять лет. Я неплохо выгляжу, на мой взгляд, да и другие хвалят. Да, я не привлекателен в классическом понимании этого слова, не Ален Делон в лучшие годы определенно. Ко мне бы скорее подошло слово «импозантный». Работаю на курсах, преподаю иностранные языки. Я - современный, привлекательный, обеспеченный интеллектуал. Разведен, есть трое детей, которые живут отдельно. Вокруг меня всегда кружилось много женщин, но я весьма избирателен, не размениваюсь на сомнительные предложения. Предпочитаю исключительно красивых, уникальных в своем роде дам. Никогда не влюблялся в доступных женщин, по жизни весьма прохладный человек. Не буду отрицать, что предпочитаю эфирную свежесть селедочному душку. А кто из мужчин подобным не грешит? Природа, хвать ее за ногу. Никуда от нее не скрыться, не спрятаться.
Теперь, собственно, про мое личное крушение. У меня на работе образовалась маленькая группа, состоящая из трех молоденьких барышень. Я даже не заглядывал в их сторону с похотливыми намерениями, прекрасно понимал, что старый козел малиновке не товарищ. Одна из учениц была довольна мила и немного строила мне глазки. Я в таких случаях сердился, ругался немного, заставлял выполнять задания, а не баловаться. Словом, вел себя как достойный дед. И вот однажды мне снится та самая… одна из них, Верочка Лютикова. Красиво так снится, романтично. Кружится в поле, раскинув руки в неприлично прозрачном платье, хохочет, а после с разбегу прыгает мне прямо на плечи, а я превращаюсь в осчастливленного жеребца и несу мою наездницу в неведомые дали. Еще и ржал от удовольствия, копытом бил. Тьфу, бес попутал, право слово!
Утром началось сущее помешательство. Как не старался - не мог выкинуть чертовку из головы. Засела занозой прямо в сердце. Из любопытства нашел ее в социальных сетях и просто обомлел. Верочка красовалась в таких пленительных позах, что захватывало дух. Собственно, это было начало конца. Неделю жил на ее страничке, пересматривал фотографии с безумной жадностью, словно ослеп от страсти. Писать ей я не смел, ставить лайки - тем более. Не надо иметь глубокий ум, чтобы сообразить, что моя седая, помятая физиономия не шла ни в какое сравнение с весенней прелестью феи. Рылом не вышел, фигурой отпал!
Я влюбился, как висельник перед казнью. Хуже всего было то, что юная особа проживала в моем подъезде и постоянно мелькала перед глазами, манила недоступной тайной. Каждый ее выход на улицу отзывался сладкой болью в моем сердце. Подлое сердце готово было выпрыгнуть из груди, подкатывало к горлу от восхищения. Нимфа вылетала в распахнутый мир, а я оставался наедине со своим нелепым чувством. Я словно впервые открыл глаза и осознал, как много красоты было скрыто в этой маленькой девочке. Верочка была красивая, стройная, грациозная, обладала гордым греческим профилем. Юная богиня, лучезарный ангел, спустившийся с небес. Такая нежная, тоненькая, как изящная булавочка! Я провожал ее взглядом из окна каждые утро и вечер, периодически даже ждал за углом, чтобы догнать невзначай, пройтись рядом. Когда она случайно касалась рукавом моей руки, я чувствовал головокружение, а сердце гулко било барабанную дробь. Я даже благословлял лужи, тронутые ледком. Недавно Вера шла рядом со мной, случайно поскользнулась, а я радостно поймал ее. Она оказалась в моих руках… такая нежная, такая хрупкая, почти невесомая. Я даже не могу описать свои ощущения в то сладостное мгновение. Я просто хотел, чтобы она была со мной всегда. Но вот не знал, как мне с ней начать сближаться, как набраться смелости пригласить на свидание, признаться в чувствах. Как ущербный дурак, я превращался в столб и немел, когда она находилась рядом. В воздухе словно разливался розовый дым, и я падал в него, тонул, обездвиженный, нелепый, покорный. Я не спал ночами, прокручивая в голове возможные сюжеты нашего будущего романа, но прекрасно понимал, что я ей такой не нужен. Старость мудра только в книгах, в жизни только жалкий глупец мнит, что он - жеребец.