- Ах, Миша! Как же меня бесит подобное отношение! Бабники и ходоки - мое проклятие, мой крест. Ты ему все, а он навалит на голову в самый неожиданный момент! Ты ведь знаешь, я всю жизнь балдела от английских джентльменов - благородных, немногословных, подтянутых, сдержанных, корректных в любой ситуации. Мне даже казалось, что у них лица одухотворенные и мимика аристократическая. Правда, в жизни я их не встречала, и мое знакомство с ними ограничивалось лишь произведениями английской литературы или экраном телевизора. Это и сыграло со мной злую шутку! Встретила Джона, переехала к нему, обольстилась своими фантазиями и попала впросак как девочка несмышленая! Снова на те же грабли, снова удар в лоб! Отстойная страна! Дома какие-то убогие, неопрятные, затхлые, старые, промозглые, делаются из фанеры, слышимость полная. Еда мерзкая, жирная. А полное отсутствие гигиены! Для англичанина, прости за интимную подробность, снять трусы, перешагнуть через них и отправиться в душ - обычное дело. А после душа бодро оставить их с желтой серединкой посреди комнаты - норма и радость. Но это только цветочки! При всем моем дружелюбии и открытости я всегда была здесь чужая. Поначалу я этого не понимала, но потом начала ясно видеть, какое значение для них имеют всякие вещи типа происхождения, кто с кем учился, ходил в детский сад, школу. Общее прошлое и какие-то даже мифические связи тут играют огромную роль. Двери перед тобой, конечно, не закрывают, слепят приветливым оскалом, но всегда окружают себя невидимыми стенами. Сколько усилий я прикладывала, чтобы с этим смириться, как рвала душу ради возлюбленного! А он? Моральный урод, убогий развратник! А я беременна! Миша, беременна! Теперь сижу и думаю: оставить ребенка или сделать аборт. И делать боюсь, и рожать страшно. И думаю, раз Бог дал - нужно родить. Я в замешательстве, но с мордой вражьей будущего не вижу. Жить, целовать его, спать с ним - слишком унизительно для меня, даже для блага ребенка. Ведь такое не забывается и всегда будет в сердце. Миша, Мишенька, что же мне делать? Как быть?
Миша долго молчал, надсадно сопел в трубку. Потом он, наконец, решился. Это было самое смелое решение в тусклой жизни Моргунова. Слова сбивались в ком, губы дрожали. Потом Валя услышала то, что меньше всего рассчитывала услышать в этот момент. Миша признался ей в любви, предложил быть вместе. Сказал, что чувства его никогда не остывали, и что она - единственная звезда, отражающаяся в мутной реке его жизни. Он готов принять ее со всеми детьми, спасти, пригреть у своего сердца. Просто быть рядом, просто любить. Ахметьянова с досадой крякнула, пробормотала про себя: «Только этого мне не хватало. Чтобы ты провалился к чертям собачьим!». Потом собралась с силами и разразилась фальшивым, визгливым смехом.
- Ну, Миша, ну что ты такое говоришь? Ха-ха-ха. Прекрати шутить! Бесстыдник! Придет же такое в голову! Не порти все, пожалуйста. У тебя момент легкомысленной жалости, а мне не до смеха. Войди в мое положение, наконец. Мы же лучшие друзья! Нельзя подобной мысли даже допускать. Это разрушит все. Нам с тобой не нужна драма, верно? Мы же взрослые, умные люди. Давай сохраним хоть самые святые вещи. Вещи неприкосновенные, единственно правильные!
Ветерок притворства трепетал, извивался вокруг разбитого сердца Миши. Пепел надежд пылил, покрывал пустыню души невесомой грустью. Вскоре Валя вернулась домой. Не прошло и недели, как ей встретился «замечательный» мужчина. Она влюбилась в него, снова была счастлива, опять делилась с другом сокровенными мыслями. Моргунов с тех пор убрал все люстры в квартире.
ПРИНЦЕССА
Горько мне, так горько. Крах всех надежд, обвал привычного мировоззрения. Я, Родион Сергеевич Толочков, страдаю безмерно. Все дело в том, что я жестоко обманулся в женщинах. Не смейтесь, все именно так. Родители с детства мне внушали, а книги и фильмы только подтвердили их мнение, что девушка - создание нежное, трепетное, воздушное. Одним словом, принцесса. Представлял я, что растет подобный цветок строго в тепличных условиях, ему свойственно быть немного капризным, избалованным, взбалмошным. А как же иначе? Красота - удел избранных, божественный дар. Хочешь находиться рядом - поклоняйся и угождай, не хочешь - катись к чертям лысым. Такова жизнь! Только представьте себе ангельское существо с волосами цвета льна, голубыми глазками, хлопающими ресничками и розовыми губками, созданными для поцелуев. Разве его можно использовать для бытовых нужд, для тяжелого труда? Такая девушка должна сидеть на мягкой перине, обнимать мишку и мило улыбаться. Прелесть, а не зрелище! Говорят, что можно бесконечно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течет вода и как банкомат отсчитывает тебе деньги. Я бы добавил сюда женскую прелесть, которую лицезреть - одно сплошное удовольствие. Так думал я и, о, боги, как же я ошибался!