- И о чем вы так глубокомысленно вздыхаете, уважаемая Виктория? - вот как он умудряется подкрадываться совершенно незаметно? И дверь не скрипнет, не то что у меня. Не могу никак привыкнуть. Точно в роду были нелюди. А может он морок накидывает на себя, когда ко мне в кабинет заходит? Ага. Ты еще скажи, что он шапку- невидимку носит. От последней мысли даже улыбаться начала про себя. На виду же ни единый мускул не дрогнул на лице при словах Аманируса. За время работы у него мое лицо живет своей жизнью, оно словно маска, существующая отдельно от меня.
- Да, вот, - развернула папку с бумагами.- Дело взяла. Вы же мне разрешили самостоятельно ...брать, - затараторила, не зная как шеф отреагирует на мою вольность.
Мужчина опустил свое большое тело на стул для посетителей, стоящий напротив, закинул ногу на ногу и обратил очи на меня. Заглянул, кажется, прямо в душу. Что он там хотел разглядеть? Не знаю. Видно надо ему было что- то узнать, только узнал или нет мне неизвестно.
- Я от своих слов никогда в жизни не отказывался, - сказал, как каблуком окурок придавил. - Давайте, посмотрю, - пришлось подтолкнуть по столу материал. Сама же замерла в ожидании, пока начальник перебирал бумаги, внимательно просматривая документы. Если бы я не знала, что умеет читать по диагонали с неимоверной скоростью ни за что бы не поверила, что он не пропустит ни одной мелочи.
Аманирусу потребовалось всего пара минут, чтобы пролистать стопку бумаг толщиною в пару пальцев.
- М- да, - произнес он. - Что вам сказать по этому поводу? - вот это поворот? А где обычное надменное выражение лица? Где превосходство во взгляде? Где наставления на путь истины? Мне кажется или глаза действительно потеплели? Как будто легкое снисхождение проскочило, выглянув из- за угла, и тут же спряталось назад.
- Как есть, так и скажите.
- Дело выигрышное, - спустя несколько мгновений произнес мужчина. От радости у меня заблестели глаза и расплылась глупая улыбка на лице, сколько не пыталась сдержать. Если сам Аманирус говорит, что дело того стоит — это значит практически победа у меня в кармане. Я уже подсчитывала в уме гонорар, который светит в результате окончания всего этого.- Но вы проиграете...
- Не поняла, - улыбка кляксой стекла на пол. Он захотел надо мной поиздеваться? Так получается? За что? Что я ему плохого сделала? Окрылил и тут же сбросил на грешную землю. Да, он же мне крылья подрезал, в грязь вымазал, да в перьях извалял. И кто он после всего этого? Жаль, до сих пор не придумала кто.
- А что тут понимать? Не дадут вам выиграть, хоть трижды вы будете правы.
- Как так? У меня же все выкладки есть, все доказательства. Осталось только запросить несколько документов, чтобы окончательно решился вопрос,- я чуть ли не плакала. Но нет, не доставлю начальнику такой чести. Не заслужил. Сильнее сцепила, лежащие на коленях руки, да так, что, наверное, костяшки побелели. Правда не видела этого, так как впилась глазами в высеченное из гранита лицо шефа.
- Не смотрите на меня, как на врага народа. Я сказал правду. Кто пойдет против военного ведомства? Только самоубийца. А среди судей их нет. Не осталось, - вздохнул мужчина.
- Ну, как же? В практике же встречались случаи, когда...Я же сама читала...Принимали судьи решения и покруче этого, - Я старалась выговорить все и сразу. Мысли путались, сминались, лезли одна на другую, оттого и латошила, как лапы зайца по молодой траве.
- Вот только о последствиях история умалчивает, - как- то невесело произнес Аманирус.- Я свое слово сказал, а вы думайте, что хотите, - и он встал со стула на котором сидел.
Не доходя двери развернулся и посмотрел на меня своим пронзительным взглядом, пробирающим, кажется, до самых печенок. Было видно, что на долю секунды задумался над чем- то, словно собрался прыгнуть в ледяную воду, задержав дыхание. Но мне это, похоже, что показалось. Шеф был не тот тип.
- Виктория, а сколько вам лет? - вот это вопрос. Некорректен до неприличия, тем более в отношении женщины, но делать нечего придется отвечать. Хотя, наверняка, мог посмотреть в моем личном деле и узнать все что требуется.