Интерьер дома Трис смола чем отличался от вкусов Элеанор. Такие же изысканный люстра, обои белого цвета и таму подобного. Она подняла по лестнице на второй этаж где была комната 300.
Зайдя в разноцветные комнату наклееными повсюду страницами из модных журналов и дисков. Ванная рядом с комнатой была открыта.
— Кейли я тут, — едва слышно донеслось из ванны. Кейли понадобилось минута, чтобы понять, что эта голос Трис. Ее подруга сидела на крышке туалета в пижаме. Ее распущенные волосы были растущины, а лицо без косметики. Вафли ее ног стояла упаковка с тампонами и…тестами для беременности. Кейли почувствовала тошноту. Её месчный цикл и цикл Трис был почти одинаковый, если у нее закончилась три недели назад, а у Трис не наступило… Это означило одно…
*****
— Почему ты молчишь? — спросила Трис когда они попали в пробку. Кейли не хотела, чтобы Трис водила машину, но она знала как это успакоет Трис и в этот раз ей уступила.
— И в правду почему?
Кейли много след знала свою подругу, поэтому заранее знала решение, которое она возможно примет.
— У меня…
— …нет выбора, — непривычно для себя Кейли жестка оборвала Трис.
— Ты думаешь родители позволят сохранить мне его?! Ты плохо их знаешь, — Трис начала выходить из себя.
Кейли вспомнила как родители ее подруги благодарили девушку за то что она довезет Трис до больницы. Они конечно не знали всей ситуации. Но все же…
— Не узнаешь пока не попробуешь, — наконец сказала Кейли.
Трис нервно рассмеялась.
— А если нет. А если они как и Хардин меня бросят? Тогда у меня не будет выбор как сделать аборт. Так что лучше сейчас, чем потом.
— Выбор есть всегда, — отчаяна сказала Кейли. Она не знала, что ей еще сказать, чтобы удержать Трис от убийства собственного ребенка.
— Их, — Трис окончательно вышла из себя. Казалось она обезумила и ещё чуть-чуть и она взорвется. Казалось боль от растования с Хардином, после того как она рассказала о беременности, дала о себе знать.
— Значит и у тебя был выбор, когда твоя мать решала покончить собой или нет. Или когда твой отец привел тех женщин. Был у тебя выбор влюбляться в Виктора или нет. А когда Дейз…
— ХВАТИТ!!!
Водитель машины возле них повернулся в их сторону привлеченный душераздерающим криком.
Минуту машине было крабовые тишина. Машины сильно ли сигнализации них, прося проехать дальше. Но не одна из подруг этого не замечала.
— О,Боже, — Трис закрыла рот руками поняв, что она сказала. — Прости я…
Но Кейли ее не слушала. Выпрыгнув из машины она выбежала прямо на дорогу.
*****
Нет все же она самая странная женщина, которую ему доводилось видеть. Сначала перебила ему все ноги ноги, теперь сидит и ноет в три ручья. И как это понимать?
Члены совета долга удивлялись и не верили Мейланду, что имфалы и вправду остались.
— И чем она нам поможет? — язвительно спросил Кавальгет Амадам. — В любом случае Совет Пятисотых её скоро найдет и включит в свои ряды.
— Максимум, что она может сделать это родить щенят, верных двору. Женщины на большее не способны, — вставил Неблагой король, начав скучать.
— Или же мы доберемся до неё раньше….-начал Мейланд.
— ….и продадим её Совету, чтобы расплатиться с долгами.
Тон и голос Дерека был холоден и спокоен как всегда, но Мейланд хорошо разбирался в людях и фейри, чтобы понять, что его брат им доволен.
Мейлад, против воли, почувствовал укол удовольствия.
"ОНИ — НЕ МОЯ СЕМЬЯ! ОН- НЕ МОЙ БРАТ! МНЕ НЕЧЕГО РАДОВАТЬСЯ ЕГО ПОХВАЛЕ! НЕ-ЧЕ-ГО!!!"
Ему потребовался день, чтобы найти девушку, использовав её упавший волос. И ещё один день, чтобы увидеть её в слезах.
"Мой новый рекорд, — подумал сын короля. — Я не успел познакомиться с девушкой, а уже чем-то расстроил".
Было сразу понятно, что девушка-имфал. Только эта объясняла, как ей удалось без усилий подчинить рунический камень. Который, даже Мейланд, сын хозяина камня, не подчинил сразу.
Мейланда удивляла как Совет, в своих отчаяных поисков иммфалов, упустили одного из их потомков. Ведь, даже за детьми и внуками ушедших, следили очень чательно. Как положено за потомками бывших королей Новолуного мира. Но почему то за девушкой, чья сила бьет круглые сутки ключом, не уследили. Как?
В конце концов Мейланд не выдержал. В его планах было понаблюдать за девушкой еще какой-то время, но чувство жалости взяло верх.
— Тебе известно, что если будешь и даже плакать то тролли съедят тебя на завтрак? Им очень нравится плачущий на их мостах в тарелке. Уверяю тебя.
Девушка наконец-то перестала плакать и посмотрела на Мейланда своими голубо-зелеными глазами. Она была очень красивой. И как на зло на вкус Мейланд.