Ковчег ветхозаветный
Экипаж скрипел от тряски, словно был крестьянской телегой. Впрочем, практически в неё он и превратился за несколько дней пути по лесному тракту. Старые кони и кучер-пропойца ставили под угрозу успех путешествия, но иного варианта у двух дам, решившихся на него, не нашлось. Лора и Катлин Джермейн были друг другу дальними родственницами и некоторое время назад увиделись всего второй раз в жизни. Тётя Лора, как называла её Катлин, не приходилась ей тётей, но такое обращение было удобнее обеим.
На век каждой из них выпала целая вереница чудовищных потерь. За последние два года наиболее успешная часть Джермейнов, жившая столице, была подчистую уничтожена оспой, затем муж Лоры простыл на охоте и умер скоропостижно, и в довершении всех бед, неизвестная инфлюэнция забрала младшего брата Катлин и обоих родителей. Источник болезни так и оставался неизвестен. По всей стране слуги умирали в своих каморках, а хозяева, занятые бесконечными похоронами, бывало, вспоминали о них только когда из-под дверей выкатывались мясные черви. Крестьяне падали прямо в полях, словно тучные колосья, но весной из-под снега появились только остовы их тел, отравлявшие всё вокруг, объеденные почуявшими волю господскими собаками. Именно весной расчистилась дорога к поместью родственников и юная Катлин отправилась в пеший путь, полный омерзительных встреч и находок. Она дошла по памяти, хотя никогда не ходила так далеко, да ещё и почти наугад. Вдова Джермейн была так потрясена, что не сразу узнала её и пустила в дом только после подробного рассказа о злоключениях родителей. В той долине с её нездоровыми туманами и вовсе казалось, что почти весь божий мир погиб. Однако, тётя Лора то и дело писала кому-то письма, получала ответы и с каждым новым поступлением корреспонденции всё больше ободрялась. Наконец, она разыскала в ближайшем городке кучера, посулила ему внушительную сумму и по наивности даже не тревожилась, что этот пройдоха в мятой шерстяной шляпе убьёт её камнем в чаще и скинет в овраг. Вопреки всему возница оказался более или менее добрым христианином. Перед отправлением долго осматривал экипаж, кобыл, поклажу и ругался самыми последними словами. Дамы сочли его иностранцем, потому что таких слов не слышали никогда в жизни.
Воссоединиться с оставшимися членами семьи и убежать от неизвестной болезни они могли только в стенах замка Вернонхолл. Поговаривали, что туда стекаются все оставшиеся в живых аристократы, там они планировали миграцию, либо просто пережидали плохие времена, пользуясь приятным обществом, полным снабжением всем необходимым и надёжной медицинской помощью. Один из хозяев замка, виконт Рилан, ещё несколько лет назад исправно поставлял местной знати поводы для сплетен, но теперь его боготворили. — Откровенно говоря, я нынче считаю его достойным человеком. Не забывай, моя дорогая: мы приходимся ему роднёй, спасти нас — его святой долг, — пыталась Лора ободрить девушку, которую сильно растрясло от езды по мощёной дороге. «Должно быть, мы уже близко, раз под колёсами камни», — думала Катлин сквозь дурноту и вглядывалась в грязное окошко.
К вечеру они были на месте. Во дворе Вернонхолла их никто не встречал, но в окнах горел свет и слышались голоса. На старинных дверях висели грубые амбарные замки, а некоторые и вовсе были заколочены. От такого зрелища девушке было не по себе. Словно имение было заброшено, и при этом, в нём кипела призрачная жизнь. Вдруг, из маленькой боковой двери высунулась девушка в белой косынке и простом фартуке. — Добрый вечер! — сказала она, и вокруг как будто потеплело. — Слава богу! Добрый вечер! — ответила тётя Лора. Их впустили в небольшое помещение, где горело множество масляных ламп. Из-за ширмы вышел молодой человек приятной наружности, хоть и был худоват для своих лет. — Надо полагать, вы и есть Джермейн? Что ж, очень рад видеть вас. Меня зовут доктор Аллан Спенсер. Поклонившись, он продолжил: — Сожалею, что из-за особых санитарных условий не могу соблюсти этикет и надеюсь, после обязательного осмотра виконт устроит вам по-настоящему тёплый приём. Чтобы не затягивать пребывание в лазарете, предлагаю сразу перейти к делу.
Санитарка приняла верхнюю одежду дам, развесила её на вешалках и зажгла под ней горстку трав в медной курильнице. Доктор по очереди осмотрел женщин, сосчитал пульс, выслушал лёгкие и удовлетворившись их состоянием, проводил в дальнюю комнату. — Сегодня вы побудете на карантине, — сказал он, — если с утра не почувствуете себя хуже, то вас проводят на завтрак и переселят в покои со всеми удобствами.
Обе Джермейн уснули очень быстро, в одной кровати на двоих. Та старая узкая койка показалась им царским ложем после экипажной жёсткой скамьи. К тому же, никто не лакал виски имперскими галлонами и не храпел под днищем, так что выспались они замечательно и встали с первыми лучами солнца. — Хвала Господу, да сохранит он виконта Рилана в добром здравии! — твердила вдова, заплетая косы девушке.