Вскоре в воздухе снова закружились белые хлопья: снежинки аккуратно приземлялись на головы путникам и не спешили таять. Стало прохладнее. Шаман шмыгнул носом и медленно протёр свои глаза — он был раздражён.
— Нужно возвращаться, — произнёс домовёнок и неспешно поплёлся обратно. Девушка продолжала стоять на месте и слегка улыбалась. — И чему ты радуешься? — Мне показалось, что я в первый раз увидела небесного дракона, он был красивый, — девушка лучезарно взглянула на хмурого меня. — Мы тащились сюда зря, этот самодовольный змей толком ничего и не сказал, — старался подавить вскипающую злобу. — Не зря, — её голос выдавал нотки уверенности. — И почему же? — Ты хоть немного начал улыбаться, и рискую предположить, что ты теперь чуточку меньше хочешь меня убить. Она продолжала улыбаться и смотреть прямо мне в глаза. Удивительно, так пристально смотреть в глаза другому человеку, для меня это всегда было испытанием. Кого-то она мне напоминала… Но у меня не нашлось слов ей ответить.
На обратном пути даже самый разговорчивый из этой компании домовёнок притих: каждый погрузился в свои мысли, и сил, да и желания обсуждать что-либо не было. Снег шёл все сильнее, из-за этого плохо стало видно пейзажи вокруг. Молодой шаман шёл в конце, и в какой-то момент его шаг замедлился. На лице проявилось странное выражение, казалось, его что-то насторожило.
— Господин? — Кто-то идёт за нами. Дзасики легонько кивнул. Мы продолжили свой путь, но я стал внимательнее прислушиваться ко всем звукам вокруг. «Кто бы ты ни был, незаметным не останешься». Аккуратно зажал в пальцах рукоять своего меча. «Давай, приблизься только». Очередное шевеление за спиной: резко обернулся, а Дзасики метнул свой маленький кинжал в сторону источника звука, куда-то в кусты. Девушка замерла с раскрытыми от удивления глазами, а я медленно приблизился — меч уже давно был наготове, неподалёку кто-то шевелился и недовольно вздыхал. Резким движением раздвинул одной рукой куст, а другой выставил оружие вперёд: — Хм, так и знал. Ко мне подбежали Дзасики с девчонкой и замерли у моего плеча, осматривая нашего горе-шпиона. Прямо в кустах разлеглось существо с невероятно пышными и длинными рыжими волосами; с розовой, будто обгоревшей кожей, похожее на человека. Крупное и широкое лицо, плотное телосложение. В ядовито-зелёных лохмотьях, нечто напоминало морские водоросли. В его глазах застыл испуг, но быстро сменился любопытством. — Ух, еще бы чуток, и задели бы самое дорогое, — он протянул кинжал Дзасики и замер с глупой улыбкой на лице. — Ты еще что за тварь? — вырвалось у меня. Рыжий уже раскрыл рот для объяснений, но его опередил домовой: — Господин, это сёдзё. — Ах да, слышал о вас, но никогда прежде не встречал. И, если честно, рад был бы никогда не встретить, — скривился от неприятного запаха. — От тебя несёт, ты что, в спирте искупался? — Если быть точнее — в саке, — сёдзё довольно улыбнулся и облизнул губы. — Обожаю саке. — По тебе и видно, — спрятал свой меч, всё равно этот пьяный вонючка опасности кроме своего запаха никакой не нёс. Толстяк, пошатываясь, еле встал на ноги — ростом он был немногим ниже меня. — Чего увязался за нами, пьянчуга? — Вот только попрошу без оскорблений! Перед вами, между прочим, стоит морской дух! — Ага, вонючий и пьяный морской дух, так себе знакомство, — почти беззвучно, но в то же время вполне отчётливо заявил домовой. Девчонка с интересом рассматривала существо. — Ладно, согласен, я далеко не самый благородный ёкай, но тыкать из-за этого в меня своими железяками не нужно! Я же чуть не обделался от страха, ой, — рыжий перевёл взгляд на девушку. — О-па, с вами дамочка, извиняйте! И опёрся одной рукой о дерево, но, потеряв равновесие, свалился на спину. Я лишь недовольно закатил глаза и уже хотел продолжить путь, но меня остановил голос сёдзё: — Погодите! Я ж за вами не просто так шёл, мне нужна помощь! Глубоко вздохнул, мысленно приказывая себе успокоиться, натянул безучастное выражение лица и снова обернулся в сторону морского существа. Ещё этого не хватало. — С чего ты взял, что можешь просить помощи у меня? — Так ты ж шаман! — с самодовольной улыбкой выдал толстяк. Вот же засада, он меня знает. — А такие, как вы, должны помогать, — ещё и расплылся в улыбке. Резко подлетел к наглецу и снова приставил лезвие меча к его горлу. — Никому я ничего не должен, тем более такому сброду, как ты, — почти прорычал эти слова. Рыжий испуганно уставился на меня. Вдруг моё запястье сжала рука — девчонка решительно посмотрела на меня и всем своим видом выказала недовольство. — Опусти меч. — Только после того, как перережу ему глотку, — я надавил чуть сильнее, но и её рука тоже сжала мою крепче. — Он же просто попросил о помощи! А ты из-за этого его убивать собрался?! — А почему бы и нет? — Потому что… это неправильно! — Девчонка, которая ничего не помнит о своей жизни, будет учить меня, что правильно, а что нет? Как знать, вполне возможно, что ты в прошлом творила дела и похуже, и в качестве спасения стёрла себе память! Она изменилась в лице, заметно погрустнела, а затем отпустила меня и отошла. — Возможно, я и правда была плохим человеком, — задумчиво произнесла девушка. Молча наблюдал за её реакцией, уже забыв об объекте своей ненависти. — Господин, госпожа Юки права, оставьте бедолагу. Опустил меч. — Мы не помогаем ёкаям, проваливай и проси помощи у других. — Парень, а ты агрессор, тебе тоже не помешает выпить рюмочку саке. О, у меня как раз завалялась одна! — толстяк вытащил из своей сумки рюмку и глиняный бутылёк. Я бросил на него убийственный взгляд. — Ладно, понял, тогда сам, — он отпил саке прямо из горла. — Хороша чертовка… — Уходим, — строго бросил я и двинулся вперёд. Дзасики и девчонка пошли следом. — Эй! Вы куда? У нас там это… беда приключилась! — ёкай побежал за нами, но я упрямо продолжил идти. — Ну, ребят, вы чего? Если вернусь без подмоги, меня мои сородичи заживо съедят! И даже закусывать не будут! — пыхтя от одышки, вопил сёдзё. Я даже не обернулся. — Они там вообще все ошалели, скоро ведь и до людей доберутся! «Черт…» Нет, всё-таки обернулся. А этот дурень поскользнулся и слетел куда-то вниз по склону. Секунда, и его уже нет. Подошёл к краю и взглянул вниз — ничего не видно, белая мгла окутала все пространство вокруг. — Вот и чудесно, идемте. — Он что… погиб?! — с ужасом воскликнула девчонка. — Вероятно. — И ты даже не попытаешься его найти? — Не-а, — лениво протянул я. — Да что ты за шаман такой?! Если всё время избегаешь своих обязанностей! Я и её проигнорировал. А она уже почти рычала от злости и раздражения. — Неотёсанный, пустоголовый хам! — Да-да. — Ты невозможен! Домовёнок молча наблюдал за нашей очередной перепалкой. — Поверь, наши чувства взаимны. — Ну и ладно! Я сама спущусь и посмотрю, как он там. Девчонка уже хотела сделать шаг, как я воскликнул: — Погоди! Дзасики с надеждой в глазах взглянул на меня. — Даже не думай меня останавливать! — обиженно рявкнула она. — Да я и не собирался, ты это… жилетку сними, жаль, если такая вещица пропадёт. Домовой в очередной раз ударил себя по лицу, девочка же в очередной раз бросила на меня убийственный взгляд, попутно снимая меховую жилетку и небрежно бросая её в мою сторону. — Мужлан! Беру свои слова обратно, ты ничуть не подобрел! — Удачи! — язвительно улыбнулся. Девчонка начала спускаться прямо по скале вниз, и я даже опешил немного — не думал, что она правда рискнет туда лезть. Дзасики кричал ей, просил не совершать глупость, но эта дура его не слушала и продолжала свой спуск. Из-за тумана не было видно, куда она лезла, да и высоту оценить оказалось сложно. Мой слуга уже подбежал ко мне и начал что-то истерично тараторить: «Господин…» «остановите ее…» «она же сорвется вниз…» Сдался. Подошел ближе. Девчонка как раз в этот момент искала очередное место для того, чтобы поставить ногу. — Эй, ты, хватит! Взбирайся обратно. Промолчала. — Никто собирать тебя по частям не будет! — И не понадобится, — буркнула она. Присел на корточки и протянул руку. — Хватайся и лезь обратно. Она зыркнула на меня с презрением и важно продолжила свой спуск, но в какой-то момент оступилась — одна нога потеряла опору. Дзасики от страха закрыл глаза ладонями. — Вот же дура неуклюжая! Хватай скорее руку! — Я… я не могу! Спустил руку еще ниже. — Ну же! В её глазах от былой агрессии не осталось и след