Мы бежали между домиками, иногда замирая и прячась за ними, чтобы лишний раз не попадаться на глаза. Наверняка наш сегодняшний собеседник уже успел рассказать о чужаках, а лишнее внимание было совсем некстати. Наконец, добравшись до края деревушки, мы остановились. Перед нами раскинулось кладбище: небольшие каменные столбцы стояли друг к другу впритык, в некоторых местах виднелись изящные статуи божеств, как и все вокруг, покрытые снегом. Я медленно шел вперед, мимо могил, вглядываясь в них и прислушиваясь к своим ощущениям.
— Кого ты ищешь? — шепотом спросила Юки. — Он сам нас найдет. Неожиданно прямо передо мной возникла прозрачная фигура мужчины. Его взгляд был тяжелым, и читалась в нем огромная грусть, которая не позволяла его душе освободиться. Удерживала. Призрак заговорил первым: — Я знаю, что привело вас сюда. Пожалуйста, остановите ее.
Глава 7 : Скверна
Глава 7: Скверна
Меня подобные появления уже давно не удивляли, привык к тому, что другим было неведомо, с самого раннего детства окружённый стаями духов и других потусторонних существ. Помню, как первый раз отчетливо увидел духа. Тогда был знойный летний день, душный и влажный, солнце настырно слепило глаза. Мокрые волосы приставали к лицу, а вокруг стоял невероятно сильный гул цикад. Маленький я лежал на слегка пожелтевшей от жары траве, срывая хрупкие листочки полевых цветов. Откуда-то неподалеку доносились звуки кото и нежное родное пение, прикрывал глаза от удовольствия, в душе царили покой и неподдельное умиротворение.
Внезапно заметил, как чьи-то крошечные ручки пытались сорвать цветок. Повернувшись, смог разглядеть рядом с собой что-то совершенно необычное: это был ребенок, почти такой же, как я, только от его кожи исходило прозрачно-туманное свечение, и сам он слегка парил над травой. Я молча наблюдал за попытками сорвать крошечный цветок, но, вот незадача, стебелек каждый раз просто проходил сквозь его пальцы. Призрачный мальчик кряхтел — еще немного, и он бы разрыдался. Почему-то на душе стало горько — тогда еще не понимал, что это за чувство. Обидно, я могу сорвать сколько угодно цветов, а он — нет. Резко вскочив на ноги, я принялся собирать букет, бегал по лугу туда-сюда, а призрачный мальчик прекратил свои попытки и молча стал наблюдать за мной. Потирая свои глаза, словно стараясь не заплакать. Я приблизился к мальчику и сел рядом, затем поднес свой уже собранный и благоухающий букет к его лицу. В глазах напротив отразилось непонимание. Тогда я тоже приблизил свое лицо к букету и вдохнул сладкий аромат цветов, даруя возможность и ему поступить так же. Он приблизил свой крошечный носик и тоже вдохнул.
— Ничего не чувствую, — грустно произнес тоненький голосок. Я задумчиво почесал затылок. — Точно! — зажав нос, опять приблизился к цветам, — ты не чувствуешь, но ты можешь вспомнить. Мальчик снова вздохнул, но на этот раз на его лице мелькнула улыбка, а глаза заблестели. — Так вкусно пахнут. Он все равно заплакал, необычными сверкающими слезами, но даже вопреки продолжал улыбаться и бить в ладошки от восторга. Запомнил его навсегда.
Воспоминание оборвалось так же резко, как и пришло ко мне. Вокруг царило далеко не лето, и находился я совсем не на цветочном лугу, а на кладбище. Передо мной стояла очередная беспокойная душа, с которой предстояло разобраться. — Я знаю, что привело вас сюда. Пожалуйста, остановите ее, — зазвучал низкий спокойный голос. — Про кого вы говорите? — спросил я. Призрак отвел взгляд в сторону, словно стараясь сложить все свои мысли воедино и собрать ответ. Вскоре он продолжил: — Меня зовут Акайо, и как же долго пришлось ждать появления того, кто сможет меня услышать. Юки замерла рядом со мной, ожидая рассказ духа. И, кажется, даже перестала дышать. — Я был женат на девушке по имени Кимико, мы счастливо жили вместе в этой деревушке и готовились к появлению нашего первенца. Когда наш сын родился, казалось, все боги благословили нас, но это было ненадолго. Через несколько дней наш с Кимико сын скончался, а вскоре заболел и я. С каждым новым словом ему было все тяжелее говорить, голос дрожал, а взгляд стал еще мрачнее. — После моей смерти Кимико осталась одна, ей было очень сложно. Каждый день находился рядом с ней, видел, как она постепенно ломается изнутри, но почувствовать моего присутствия она, конечно же, не могла. Она стала меняться понемногу… От моей прежней жены ничего не осталось, ее душа почернела, а разум охватили скверные мысли… Голос призрака прервался, будто он сам боялся того, что хотел сказать.