Да, это действительно так. Дзасики хоть и боевой малый, но подвергать маленькое и преданное существо опасности не хотелось, а если озверевшие екаи или демоны захотят напасть и на нашу деревню? Прошлой ночью мне удалось побороть одного, но смогу ли сделать это в следующий раз? Не уверен. Помню, как в детстве мне нравилось тренироваться и учиться обращаться с оружием, это был глоток свежего воздуха после душного, пропитанного безысходностью и грустью храма, и меня наставлял лучший учитель, которого не видел уже два года. Интересно, где он сейчас? Неожиданно входная дверь открылась, и в дом с занятым и очень сосредоточенным видом вошел старик Есимото, который даже не сразу заметил сидящих напротив огня нас. — Господин Есимото! — Ох, Ичиро, напугал. Думал, вас по-прежнему нет, решил прийти и растопить очаг. Юки дернула меня за рукав, заставив вернуть внимание на нее, затем приблизилась и шепотом спросила: — А он тоже видит екаев? — Екаев может увидеть любой человек, если сам екай того захочет. — А видит ли он сейчас Дзасики? Уже был готов ответить и на этот вопрос, но хриплый голос перебил: — Дзасики, чего сидишь! Я тут твои любимые рисовые сладости принес. Домовенок вскочил и, довольно попрыгивая, направился к столу, на котором господин Есимото уже раскладывал сладкие кусочки. Снова посмотрев на Юки, увидел ее широко распахнутые, полные вопросов глаза. — Господин Есимото — старинный друг семьи, он уже давно заслужил доверие Дзасики и может его видеть. — Значит, чтобы увидеть екая, нужно быть хорошим человеком? — Не обязательно, все зависит от самого екая. Дзасики себя людям не показывает, хотя иногда, когда ему скучно, балуется тем, что появляется на глазах у местных ребятишек. Они, конечно, потом бегут и сообщают об этом своим родителям, но детям ведь никто не поверит. — А зачем екаям себя раскрывать? — Разные причины. Дзасики, вот, от скуки, злобные екаи делают такое для вселения страха. В том и заключается их сущность, после подобной встречи обычно выживших не остается, потому мало кто сейчас знает о существовании этого мира. А некоторые из-за привязанности, дружбы и… — И чего? — Любви. — Любви? Екаи могут влюбляться в людей? — удивленно воскликнула девушка, заставив даже Дзасики на мгновение отвлечься от еды и бросить вопросительный взгляд на нас. — Могут и влюбляются, — спокойно ответил я.. Юки на мгновение притихла. — А духи? Люди не способны увидеть их? — С духами все сложнее, их обычные люди не видят. — Но почему я их вижу? — тревога в голосе усилилась. — Не знаю, Юки, но мы обязательно это выясним. Мои слова ее успокоили, губы Юки расцвели в легкой улыбке, благодарно кивнула. — И кто же это рядом с тобой, Ичиро? — не глядя на нас, спросил старик. Я встал со своего места и, подобравшись ближе к столу, ловко отхватил с него две порции рисовой сладости, одну из которых передал Юки, за что получил тихое спасибо, а другую надкусил сам. И уже был готов неспешно начать рассказ о странной истории знакомства, но... — Меня зовут Юки, господин. — И как ты попала сюда, Юки? — Она ничего не помнит о себе, мы с Дзасики нашли ее рядом с домом на снегу. Старик многозначительно хмыкнул, улыбаясь своей типичной доброй улыбкой. — В сумасшедшую семейку ты попала, Юки. — Да я и сама не совсем нормальная. Раздался глухой смех. — Ну, тогда все хорошо, может быть, с твоим приходом этот дом больше не будет походить на могилу своим унынием. Я закатил глаза. Сейчас опять начнет критиковать мои затворнический образ жизни и призывать к любви всего и вся. Но старик лишь сделал жадный глоток чего-то, по-видимому, вкусного из сосуда, который сам же и принес. — Этот мальчишка отличается невоспитанностью и самовольным характером, хотя, думаю, ты уже и сама это заметила. Не было желания сбежать? Господин Есимото вновь пристально посмотрел на Юки. — Первые мгновения было. — А сейчас? Мне почему-то тоже стало любопытно узнать ответ, быстро взглянул на Юки, чтоб уж наверняка не пропустить даже малейшего словца. — Нет, — она улыбнулась, а я задумался. Неужели и правда не хочет? Хотя в ее ситуации мало бы кто хотел, ведь идти же, по сути, некуда… Ничего не помнит о себе и, тем более, не помнит дорогу к своему дому, а был ли у нее дом вообще? Что с ней такое произошло? Неуловимые нотки присущего мне недоверия вновь вспорхнули в мыслях — из-за всех этих событий уже и забыл о них. Да, долю осторожности сохранять нужно. Юки, словно услышав мои мысли, с вопросом взглянула на меня. — Мы собираемся идти в храм! — вдруг радостно затараторил Дзасики. — Ох, да неужели? — с легкой долей недоверия спросил старик. — Тогда с вами пойду, прослежу, чтоб вы там наконец прибрались, негоже храм держать в таком запущенном состоянии. Твой дед, Ичиро, тебя бы уже давно за такое выпорол. Вмешался домовенок. — Господин остается тут, Дзасики идет вместе с госпожой Юки. — Ах, вот оно как… ну, это дела не меняет, без уборки я вас оттуда не выпущу, старик встал. — Ну, чего расселись? Нам еще многое предстоит сделать. Дзасики попытался возразить, но я то-знаю, что идея прибраться в храме была для него слишком заманчивой, он и сам часто мне припоминал мое наплевательское отношение. — Девочка, пойдешь с нами? Или уборка тебя оттолкнула? Юки спешно встала. — Нет, иду. — Прекрасно! — старик хлопнул меня по плечу и вышел.