— Да что там рассказывать? — огорченно сказал Лёня. — Ты знаешь, что Щепкины мне отказали?
— Знаю.
— Ну вот. Александр Владимирович мне прямо сказал, что ни за что не согласится на брак дочери с неодаренным. И еще добавил этак издевательски: «Были бы вы князем, другое дело. Или хотя бы обычным дворянином. Хотя в последнем случае вам всё равно понадобилась бы магия». Настя согласна выйти за меня без благословения родных, но я понимаю, насколько это будет для нее плохо. Щепкины довольно жестко действуют, когда задевают их интересы, и если они говорят, что порвут с ней всякие отношения, то порвут, даже не сомневайся. Я ее очень люблю, Петь, я не хочу для нее такой жизни.
— А что сказал Александр Владимирович конкретно, что ты решил: речь идет о Скверне?
— На прощание он сказал, что есть способы заполучить магию и мне просто нужно будет не упустить шанс.
— Подозреваю, он имел в виду совсем другое. Не думаю, что он согласится на брак дочери с носителем Скверны. Не он же познакомил тебя с тем, кто предложил подсадить зерно?
— Нет. Тот на меня вышел сам. У меня запрошенной суммы не было, вот только удалось добыть. Петь, а ты не преувеличиваешь опасность?
— Скорее преуменьшаю. За ним надо бы проследить и узнать, на кого он работает. — Валерон при этих моих словах встрепенулся и вильнул хвостом. — Где он тебя ждет и как выглядит?
— В трактире у Щеглова. Высокий, темноволосый, представительный. Глаза серые. Нос прямой, узкий.
— Слишком общее описание. Приметы какие-нибудь есть?
Лёня задумался.
— Разве что едва заметный шрам на правой брови? А так очень приятное правильное лицо.
Валерон возбужденно тявкнул:
— Я за ним прослежу. Он же на нас злоумышляет, да, Петь?
Я кивнул. Не знаю, против кого конкретно сейчас играли — меня или отчима, но злоумышляли однозначно. Валерон энергично мотнул ушами в воздухе и исчез. Наконец-то он нашел дело по душе.
Глава 4
Разговор с Лёней навел на некоторые размышления. Так ли не при делах Щепкины? Скверна — это гарантированное устранение нежеланного жениха, с таким дополнением невеста сама от него откажется. Посмотрим, куда приведет ниточка от продавца.
— Лёнь, а ты Анастасии говорил о своей замечательной идее?
— Нет, конечно. Хотел сюрприз сделать.
— Сюрприз бы вышел, но не тот, что тебе понравился бы, — согласился я. — Потому что она наверняка в курсе всех опасностей такого действия.
— И всё же я не понимаю, в чем опасность? Разве не создается магический источник?
— Не создается. Создается источник Скверны, которая, насколько я понял, сразу начинает отравлять тело. У магов этот источник идет дополнением к источнику магии. Мне не нравится, что на тебя вышли с таким предложением. Либо тебя хотели устранить за твои же деньги, либо впоследствии принялись бы шантажировать — наверняка есть методики удаления лишней Скверны из тела. Или продали бы кристалл с контролирующим навыком. Последнее я предполагаю, поскольку не знаю, как идет изучение навыков у тех, у кого нет магического дара, но есть сродство к Скверне.
Лёня аж осунулся, когда осознал.
— Но зачем это делать?
Я пожал плечами.
— Вариантов множество. Самое простое — ради денег. Просто ради денег. Это не исключает, что тебя хотели устранить Щепкины, или через тебя хотели воздействовать на Юрия Владимировича или меня.
— Ты не преувеличиваешь свою значимость? — спросил Лёня с насмешкой.
— Нет. Тем, кто разрушает реликвии, уже известно, что я их могу восстанавливать.
— Что? Ты?
— Лёнь, я надеюсь, что ты это никому не расскажешь. Потому что у моих противников четких доказательств нет, только подозрения, хотя уже из-за них меня неоднократно пытались убить. И это не считая покушений от Антоши.
— С ума сойти… — уставился он на меня неверяще. — Ты восстанавливаешь реликвии… Но почему не все?
— Ага, галопом по княжествам, по пути отбиваясь от тварей. Активировать надо вблизи того места, где реликвии были, чтобы не дарить зоне ни куска земли. А это значит, нужно пробиваться в центр столицы. У меня не столь сильные навыки пока, чтобы так рисковать. И меня уже около столицы Верховцевых ждали, чтобы убить.
Ждали не меня, а Сергея, но я решил поступиться правдой ради нагнетания. Это заставит Лёню молчать.
— Я никогда и никому, — сказал Лёня. — Клянусь. Даже Насте. — При упоминании Щепкиной его мысли сразу переключились на нее опять: — Но мне что делать?
— Женитесь без благословения родителей невесты, — посоветовал я. — Если она согласна, то тебе грех отказываться.