— Представляю, как это огорчило тебя, но Джейк, по крайней мере, честно рассказал об этом.
— Если бы Джейк рассказал, как только это случилось, я бы поняла его. Но было больно и обидно из-за того, что они хотели этого. Если бы Джейк больше не допускал встреч в дальнейшем, я, возможно, простила бы и забыла этот случай. Но они продолжали видеться, а все дошло до моих ушей только потому, что, когда он все же решил предпочесть меня, эта женщину объявила, что беременна, и требовала разорвать нашу помолвку и жениться на ней из-за ребенка. Джейк говорил, что никогда не имел серьезных намерений по отношению к этой женщине. Но раз она забеременела, то он проверит, его ли ребенок, и если — да, то возьмет на себя расходы по воспитанию, однако жениться на соседке не собирается и женится на мне. Умник какой!
— И что ты ему сказала? — заинтересовался Питер.
— Опрокинула салат на голову и ушла из ресторана.
Питер откинулся назад и расхохотался.
— Хотел бы посмотреть на это, — с трудом сказал он, когда смог вздохнуть после приступа хохота, и быстро поцеловал Николь. — Ну и что дальше? Ты не разговаривала с ним с тех пор?
— Нет, я решила, что помолвка расторгнута, и думала, это понятно каждому, в том числе и самому жениху. Такая наглость, ведь я даже не подозревала, что он встречается с кем-то еще, когда воображала, как он изыскан и не пристает ко мне с интимными предложениями. Впрочем, в последнее время Джейк почти всегда работал дома и мы не виделись иногда по неделе. Две любви одновременно! Думал, сможет выйти сухим из воды. И ведь удавалось скрывать это несколько месяцев.
— О, Тави-Тук, — сказал Питер посмеиваясь. — Я горжусь тобой, моя маленькая птичка. Я боялся, естественное возмущение пройдет и ты упадешь в объятия раскаявшегося жениха. Но ты стала взрослой. — И поцеловал опять.
Николь притихла, обняла Питера за шею и возвратила поцелуй. У обоих перехватило дыхание от внезапно нахлынувших нежных чувств.
— Ты заслуживаешь лучшего, — сказал Питер, наконец подняв голову. — Ты заслуживаешь любви, верности и преданности, как никто другой. Он просто идиот, потому что не понял, как много терял.
— Рада, что узнала об этой женщине до свадьбы.
— Я тоже. — Питер поднялся, прижимая девушку и ласково касаясь губами шеи. — Я тоже, — шептал он.
Следующий поцелуй оказался более страстным. Николь уже едва дышала. Жажда прекрасных и неизведанных ощущений охватила девушку, чувственная волна поднималась из глубин тела, она застонала и заметалась в мучительной истоме. Кончики пальцев Питера нежно скользили по прекрасным бутонам женской груди, покрытым кружевами, ласковые прикосновения, казалось, обжигали кожу. Николь трепетала от упоительного наслаждения в мужских руках и, задыхаясь от нахлынувшего волнения, дрожала всем телом. В полном смятении она плохо соображала. Питер нежно касался гладкой кожи, и сладкое ощущение счастья охватило Николь. Кружева спустились вниз, обнажив напрягшуюся грудь.
— О, Тави-Тук, — блаженно прошептал Питер. — Ты чертовски хороша. Так больно от этого.
Соски нежной груди заострились под языком Питера. Чувственный трепет пробежал по телу девушки. Его рука скользнула в разрез халата, и большая раскрытая ладонь тронула нежный холмик завитков мягких волос, закрытых кружевом.
— Пит, дорогой! — шептала Николь, извиваясь, взбудораженная непривычными ощущениями. Девушка желала стать еще ближе этому мужчине. — Мне нужно… я не знаю… чего-то хочу…
Еще более страстный поцелуй прекратил ее нежный стон. Легко скользя опытными ласковыми пальцами по гладкой коже, Питер плавным движением сдвинул кружева бикини с волшебного холмика. Николь уже задыхалась, ощущая горячий язык, который толчками двигался у нее во рту, почти теряя сознание от силы нахлынувших чувств.
Обнаженную грудь покалывали мелкие волоски на его широкой груди. Опять страстный язык Питера нашел нежные монетки темных сосков. Николь пьянела от его поцелуев. От теплого мужского запаха кружилась голова.
Питер поднял любимую на руки и понес в дом, в комнате уложил ее на ковер и встал на колени между ее раскинутыми ногами. Девушке было тяжело дышать, она чувствовала, что теряет контроль над собой. Полная луна, заглядывающая в окно, стала свидетелем того, что произошло между ними.
Питер снял с себя джинсы и тенниску. Когда же он прикоснулся к тому месту на ее теле, которое вожделело больше всего, девушка пришла в настоящее неистовство, корчась под горячими ласками и сладострастно ища его неутомимые губы.