Казалось, я обдумывала его слова целую вечность. Постепенно пазлы стали складываться один за другим.
– А как же тот ужин? Твой отец, получается, обо всем знал? – вскинула на него свой взгляд.
– Он не мог не заметить, что со мной происходит что-то не то – очень хорошо меня знает. Поэтому да, знал.
– А мои начальницы?
– Твои начальницы ничего об этом не знают и не узнают. На ужине они были слишком увлечены разговорами, чтобы что-то заметить. Естественно, у них возникли вопросы, почему спустя столько времени, тебя пригласили на ужин, но отец сам хотел тебя видеть, поэтому вопросы отпали сами собой. Ужин пришелся как нельзя кстати.
Сердце сжималось от его слов. Так долго я жила в неведении, в мечтах и надеждах. Молилась еще хоть раз увидеть его. И вот как все обернулось. Иногда очень жалко, что мы не в кино, и не можем параллельно наблюдать за другими, стоит только смениться кадру.
Ухмылка появилась на губах.
– Знаешь, я так мечтала и молилась снова тебя увидеть, – отрешенно сказала я, смотря в окно – но даже не могла представить себе в самых смелых фантазиях, что ты испытываешь то же, что и я к тебе. Я перевела взгляд на Глеба. Он по-прежнему стоял у окна, руки как всегда в карманах брюк, и внимательно слушает меня, улавливая, казалось бы, каждую мою эмоцию.
– Мне так тяжело было после ухода. Чувствовала, будто потеряла часть себя, но никак не могла понять, из-за чего именно испытываю подобное. – Слезы текли по щекам. Я ощущала неимоверную легкость. Будто бы камень свалился с плеч.
– Оказывается, мне не хватало тебя – с улыбкой глядя на Глеба, сказала я. Слезы застилали глаза.
Он подошел ко мне и заставил встать, я подчинилась.
– Тихо, не плачь, маленькая, – прошептал Глеб, крепко прижав меня к себе. – Прости меня, что так задержался, что позволил тебе страдать и думать лишнее.
Я со вздохом прижалась к крепкой груди Глеба и обняла его за пояс.
– Я люблю тебя – прошептала.
Глеб на секунду отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза. На его лице расцвела улыбка, я чувствовала, что он испытывает, видела в его карих глазах любовь, тепло и невероятное облегчение. Будто бы и с его плеч свалился огромный камень.
– Маленькая моя – Глеб прижал меня к себе крепко-крепко, позволив раствориться в тепле его тела, его любви.
КОНЕЦ
Конец