Несмотря на разочарование и лёгкое уныние, окутавшее Марка в тот вечер, казавшаяся теперь глупой, вера в чудо не пропала. Все выходные она тревожила мысли, мешала спать, отвлекала от дел, трепала нервы. Она тянула ещё раз проверить. Требовала не терять надежу. Твердила о судьбе и предназначении. А Марк сопротивлялся, как велела другая вера – вера в свою взрослость.
***
Понедельник пришёл по расписанию, а с ним пришли и обычные будничные дела. Рутина быстро заполнила мысли, погребла под слоем сероватого песка мелких переживаний и забот воспоминания о ней. Но то и дело они обнажались незыблемой белой мраморной глыбой, едва стоило покою овладеть сердцем Марка. Тут же выискивались во всём окружении мельчайшие детали, так или иначе напоминавшие о недавней встрече.
Марк ежедневно теперь проходил по набережной, хотя путь этот и был длиннее. Рисковал опоздать и получить за это хороший нагоняй, но всё равно упрямо шёл каждое утро вдоль берега, поглядывая то на безлюдный пляж, то на открывающиеся кафешки променада. Её всё не было.
Марк прекрасно понимал, что она могла быть совсем из другой части города – сбежала из шумного дома, где её ждёт любящая семья, чтобы побыть немного в тишине и покое. Она могла случайно забрести в то кафе – устроила себе прогулку по незнакомым местам, в поисках новых впечатлений. Она могла даже быть вовсе не местной - приехала с кем-то на отдых в маленький курортный городок, пусть до сезона ещё оставалось немало пасмурных холодных дней. Всё это Марк понимал умом, но не сердцем. Оно не унималось, твердило, что такие встречи бывают раз в жизни, что это несомненно была судьба, что не мог иначе так зацепить его один лишь её взгляд.
Время шло, приписывая в памяти всё больше благородства и изящества чертам весеннего видения. Весна лениво перекатывалась в лето под знойными лучами нестерпимо палящего солнца. С каждым поездом туристы наводняли приморский город, и их потоку не было видно конца.
Исходящая жарким маревом набережная гудела сотнями голосов, басами разношёрстной музыки, льющейся из каждого кафе. Трудовые будни закончились пятнадцать минут назад, впереди ждал заслуженный отдых – долгие вечерние прогулки, друзья, любимые книги, рыбалка на заливе.
Марк бодро шагал по серым камешкам кладки, как обычно перепрыгивая через белую разметку велосипедной дорожки. Несмотря на жару, он был полон сил и вдохновения, в этот день он чувствовал, будто целый мир открывается перед ним – мир насыщенного, яркого лета.
Пёстрые зонтики, стулья на тонких гнутых ножках, на улице уже стоит холодильник с мороженым. Марк увидел её на том же месте, в том же кафе. Она была, как и в первую их встречу, спокойна и чуть надменна, рассматривая прогуливающихся по набережной людей.
«Судьба», - успел подумать Марк, прежде чем, сам того не понимая, уже шёл к ней с радостной улыбкой. Та самая наивная вера в чудо в это мгновение взяла верх над всеми чувствами.
***
Зашуршал ключ в замочной скважине, скрипнули петли. В полутёмном коридоре было прохладно, из кухни доносился густой запах специй, печёной картошки и рыбы.
- Здравствуй, дорогой, - женщина улыбнулась, вытирая мокрые руки о фартук. – Скорее мой руки и садись за стол. Как прошёл твой день?
- Хорошо, - он вымыл руки на кухне и сел за стол. – Мама, ты помнишь, как осенью обещала, если я буду ходить в школу сам, сам делать домашнюю работу и закончу год на одни пятёрки, то можно будет завести собаку?
- Помню, - женщина улыбнулась, ожидая кульминации детской мысли.
- Сегодня выставили последние оценки. У меня только одна четвёрка…
Женщина молча ждала, продолжая улыбаться.
- Можно… - мальчик замялся, затем вдохнул поглубже, набираясь смелости. – Можно, мне завести кошку?
- Кошку? - удивилась мама.
В это мгновение из коридора раздалось шуршание и Марк, на миг испугавшись, вскочил из-за стола и выбежал из кузни. Через несколько секунд он нерешительно вошёл, держа её на руках. Она была спокойна, но от былой надменности во взгляде не осталось и следа – он искрил любопытством.