— Нет. Я никогда не изменял, — спокойно отвечает он, сжимая мои ладони в своих. Словно утрамбовывая в меня свой ответ.
Я ничего не отвечаю, потому что у меня нет причин не верить ему. Я лишь откидываю голову на мужской торс и делаю примирительный жест — преданно трусь щекой о грудь.
— Лер… — обращается ко мне Олег, делая многозначительную паузу, словно хочет что-то сказать или спросить. — Ты мне доверяешь? Есть ли моменты, которые ты хотела бы обсудить? — задает мне эти вопросы и затихает, как будто даже не дышит. Приготовился слушать и считывать информацию. Последнее у него получается отлично. Он очень проницательный, когда дело касается меня.
Меня охватывает легкая паника. Внутренний монолог начинает набирать обороты. «Что? Как? Почему возникли такие вопросы? Чем я выдала себя? Боже! Как ему объяснить? Сказать, что дело не в нем…? Пффф… Это так банально. Но ведь это правда», мысленно рассуждаю я.
— У меня нет к тебе недоверия… — отвечаю я, принимая решение не грузить Олега своими «тараканами».
— Это хорошо… — говорит он бесцветным голосом, целует меня в макушку и продолжает покачивать в своих объятиях.
«Ну конечно, не поверил… Он задал этот вопрос не просто так, а потому что чувствует, что я что-то умалчиваю. Я и сама понимаю, что после одних событий стала отстраняться, настораживаться. Это трудно было не заметить…» — заканчиваю свой внутренний монолог.
Тлеющие огоньки в камине завораживают, создавая магическую атмосферу в комнате. Мы сидим перед камином, устраиваясь на мягких подушках на полу, наслаждаясь его теплом и уютом. Вроде бы все хорошо, ощущается спокойствие, но в воздухе висит неловкость, происходящая вследствие нашей недавней игры. Последние два вопроса изменили наше общение, оставив ощущение смешанных чувств.
— Лер, давай я подкину дровишек. Прохладно стало… — нарушает тишину Олег, поднимаясь с пола, разрывая наш контакт.
Я нехотя освобождаюсь из его объятий, выпускаю его. Наблюдаю за его действиями присаживаясь на диван. Олег задумчиво подкидывает полено. Его профиль подсвечивается пламенем. Нахмуренные брови, задумчивый вид говорят о ходе его мыслей.
— Теперь можно посмотреть кино, — говорит он, поворачиваясь ко мне. Его пристальный взгляд заставляет меня немного смутиться. В этом взгляде ощущается отчаяние и беспомощность. «Он не знает, как ему быть с моим недоверием…» — задумываюсь я.
При просмотре фильма я наслаждаюсь максимально комфортной и уютной атмосферой, несмотря на некий осадок, который возник после нашей игры. Когда я устраиваюсь в объятиях Олега и кладу голову на его грудь, я ощущаю ритмичные удары его сердца. Беззаботно закидывая ногу ему на бедро и под включенный звук телевизора, незаметно погружаюсь в объятия Морфея. Олег излучает тепло и заботу, когда бережно укладывает меня спящей в кровать и накрывает одеялом. Этот простой и заботливый жест наполняет меня ощущением безопасности и защищенности.
Глава 30
Я впопыхах мчусь к больнице, осознавая, что осталось всего пять минут до начала рабочего дня. Сердце бешено колотится, а голова кружится от всего того, что мне нужно успеть сделать. Планерка начинается через мгновение, и я не могу на неё опоздать.
На бегу снимаю свой расстегнутый плащ. Принимаюсь разматывать шарф, надетый скорее для красоты, чем для тепла. Вся в спешке здороваюсь на ходу: с кем — голосом, с кем — просто кивком. Осознаю, что мое сердцебиение ускоряется с каждым шагом и что если я сейчас не присяду, то оно просто выскочит.
Мое утро началось с «головной боли». Все из-за того, что я решила отвезти машину на плановый техосмотр. Без машины я чувствую себя как без рук. Как я раньше жила без нее?
Не могла сегодня понять, как добираться до работы. Обычно я просто садилась в машину и через несколько минут уже была на месте. Но тут все было иначе. Я вынуждена была планировать свой маршрут на общественном транспорте. Время пролетело так быстро, что я едва успела доехать, при этом еще и опоздала на несколько минут.
Утренняя суматоха наконец-то остается позади, и мое сердцебиение выравнивается вместе с дыханием. Вздохнув глубоко, я ощущаю, как напряжение покидает мои плечи, и мое тело начинает расслабляться.
Рабочий процесс постепенно восстанавливается.