В разукрашенной спальне стояла Фейруз, похожая на безжизненное изваяние. Радостно щебечущая о чем-то Насемар надевала на нее новые драгоценности. Новобрачная покорно поднимала руки, подставляла их для тяжелых браслетов, больше похожих на золотые кандалы.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ
Влюбленный Джавед так и не дождался утра, когда можно нанести визит Ахтар Навазу, счастливому обладателю молодой жены. С наступлением зари он вышел из дома и долго бродил по узким старинным улочкам, предвкушая встречу с Фейруз и сочиняя стихи в ее честь. Наконец пришло время, приличное для гостя, и поэт с легким сердцем отправился по знакомой дороге, стараясь идти шагом, потому что его тянуло пуститься бегом.
Прекрасное настроение стало еще радужнее, когда он увидел отъезжающий от дома автомобиль.
— Ахтар! — воскликнул юноша, ворвавшись в гостиную. — Сама судьба благосклонна ко мне! Я заметил, что мать, сестра и дети уезжают, и я сказал себе — наконец-то состоится свидание влюбленных!
Он рассмеялся, но Ахтар не поддержал шутку. Ослепленный страстью, поэт ничего не заметил. Если бы он был чуть внимательнее, его поразил бы облик друга — перед ним стоял совсем чужой человек. Ахтар Наваз грубо схватил юношу за руку и остановил на пороге лестницы.
— Ты никуда не пойдешь, — сказал он сурово.
— Почему ты не пускаешь меня? — улыбнулся Джавед, воспринимая это как веселый розыгрыш.
— Тебе нельзя наверх.
Ахтар сделал свой выбор. Он не отдаст Фейруз. Любовь ценнее дружбы, и чаша весов, на которую Наваз положил обретенное сокровище, перевесила все остальное. У новобрачного помрачился разум, он превратился в продавца ювелирного магазина, который все рассчитывает в каратах. Он даст хорошую цену и откупится от назойливого Джаведа.
А тот все порывался пройти мимо новобрачного. Вдруг до него стало что-то доходить, и улыбка медленно растаяла, испепеленная взглядом Ахтара.
— Мне нельзя наверх? Но почему?
— Джавед, уходи и больше не появляйся в этом доме.
— Ахтар! — слабо воскликнул поэт, все еще не веря этим словам.
— Джавед! — сурово откликнулся новобрачный. В голосе его звучало предостережение. Он решил отстаивать свое право на Фейруз любыми способами. Все условности были отброшены.
Эта простая истина, наконец, предстала перед поэтом во всей ее страшной наготе. Теперь они не братья, а соперники. Пропасть разверзлась между ними и поглотила прежнюю дружбу.
— Ахтар Наваз! Увидев красоту Фейруз, ты потерял разум!
— Да, я люблю Фейруз и не отдам ее. Она моя! — отрезал распаленный Ахтар.
— Твоя? А ты спросил ее? Что сказала тебе Фейруз в ответ на признания и клятвы?
— В этом нет необходимости. Она моя жена, а я ее муж. Свадебный обряд совершен, и никто не может отнять у меня то, что принадлежит мне по закону.
— О каком законе ты говоришь? Это же все было придумано, чтобы вырвать девушку из-под опеки тирана. Ты же обещал дать ей развод!
— Да, обещал, — угрюмо ответил Ахтар. Он тяжело дышал, будто поднимался на гору. — Я говорил это, но я не знал тогда, что Фейруз — та самая девушка, которую я искал. Я нашел ее, так как же мне отдать мою любовь?
— Значит, Фейруз — та самая девушка, которую ты полюбил?
— Да, — подтвердил Наваз. — Она моя любовь и счастье. Она принадлежит мне!
Все стало на свои места. Какая насмешка судьбы! Джавед сам отдал свою любовь в руки этого человека.
— Но Фейруз не любит тебя!
— Ну и что.
— Ты хочешь оставить ее насильно?
Ахтар прошелся по комнате, подыскивая слова. Он все же пытался договориться миром, но делал это, как настоящий бизнесмен:
— Пойми меня, я бессилен — в Фейруз бьется мое сердце! Оставь ее, взамен я отдам тебе все, что ты хочешь!
— Как! Ты пытаешься купить Фейруз?
— Да, скажи, сколько тебе надо.
Этого поэт не ожидал. Какой же глубины та разверзшаяся пропасть, в которую упал бывший друг! Он решился предложить деньги за любимую! Жалкие кружочки золота за то, что дороже самой жизни!
— Ахтар Наваз, у вас не осталось ничего, чтобы дать мне. Вы предали нашу дружбу! — Новобрачный вздрогнул, предостерегающе вытянул руку, останавливая неосторожные слова, готовые сорваться с губ юноши. Но тот не собирался останавливаться и дал себе волю, высказывая обиду: — Ахтар Наваз, на всем свете нет человека более подлого и низкого, чем вы!
Яростно вскрикнув, Ахтар размахнулся и влепил пощечину своему бывшему другу. Джавед не ожидал удара и не успел защититься. Он упал как подкошенный.
Юноше не было очень уж больно, он испытал потрясение оттого, что так страшно закончилась дружба. Такое оскорбление стоило смертельного ответа, но Джавед сдержался. Он услышал легкий перестук каблучков по лестнице.