Хануман — обезьяна, герой «Рамаяны», военачальник и преданный слуга бога Рамы. В обычных храмах, где есть статуи Рамы, зачастую присутствуют и статуи его жены Ситы и Ханумана.
Итак, наша Божанди, истая вегетарианка и комедиантка, обладала длинными руками и ногами. Хвост у нее был длиннее головы и туловища, вместе взятых. Надбровные волосы торчали вперед, а те, что росли на темени, — назад. Это походило на оригинальную шапочку. Ее глаза были круглыми, умными, огненно-рыжего цвета. Весила наша героиня ни много ни мало — около двадцати килограммов.
Ребенок спал спокойно, и Божанди решила немного отдохнуть. Она села у самой двери и задремала. Но долго дремать ей не пришлось. Послышалось царапанье, и Божанди сразу определила по запаху, что пришел Бахадур.
Пес тихо проскользнул в дверь, подтянулся к колыбели, заглянул в нее и довольный, виляя хвостом, подошел к Божанди. Он сел на задние лапы рядом с ней и стал ожидать своего хозяина, великого человека — Берджу.
Бахадур (буквально — отважный, храбрый), не в пример хануману, своей родословной не помнил. Он знал только то, что произошел от дворняжки и лайки. А, как известно, дворняжка вовсе не составляет определенной собачьей породы. Следовательно, в каждой дворняжке соединены все породы собак. Так что она является представительницей великой семьи всех собак, не принадлежа ни к одной из них. В то же время Бахадур принадлежал к более древней и лучшей породе, нежели все другие его аристократические сородичи, хотя об этом и не знал, поскольку эта «лучшая порода» есть попытка природы восстановить первородного шакала — предка всего собачьего племени.
Если Божанди, может быть (что вряд ли), и гордилась своим легендарным происхождением и была почитаема среди людей как священное животное, то Бахадур был псом-плебеем, но отличался от любого из своих «чистопородных» сородичей сметливостью, подвижностью, смелостью и несравненно лучшей приспособленностью к жизненной борьбе. За эти качества он снискал большое уважение у своего великого хозяина Берджу и его друзей во всем околотке.
Конечно же, Бахадур не так быстр, как борзая, но зато не несет в себе зародыша легочных и кожных заболеваний. С бульдогом он не сравнится в силе и безрассудстве, но у него (за что его опять-таки ценит хозяин) имеется нечто в тысячу раз более ценное — здравый ум. Здоровье и ум — это качества, которые имеют немалое значение в борьбе за жизнь. Когда породистые собаки лишаются покровительства человека, они погибают, а дворняжки — в редких случаях.
Уши у Бахадура — большие и торчащие; морда и спина — черные; живот, грудь и хвост — рыжие. Кстати, хвост был пушистым и, при необходимости, Бахадур мог закрутить его крючком. Он очень уважал Божанди за ловкость, за длинные руки с пальцами, за выносливость, что делало ее похожей на собак, но, главное, за то, что она не была конкурентом по пище. Хануман была абсолютной вегетарианкой, и Бахадуру было трудно представить, как это все время можно есть какие-то бананы или, еще того хуже, апельсины! Объединяло их одно — они были профессионалами высшей степени, что неоднократно отмечалось хозяином и зрителями — теми толпами людей, которые приходили глазеть на них. Они были выносливы, могли обходиться без пищи несколько дней подряд и друг за друга стояли «насмерть». «Один за всех, и все — за одного» — было их девизом.
«Подкидыш номер один, Бету, еще совсем недавно был никудышным комедиантом, но теперь он уже поет, читает стихи из «Рамаяны», танцует и крутит, злодей, сальто. А кто научил его делать сальто, кто? Конечно же я, Бахадур! Ладно, хватит! — подумал он, положив морду на лапы. — Полежу малость. Вон, Божанди, небось, уже видит вторую серию своего сна».
Только он устроился поудобнее, утомившись от размышлений, как его ноздри уловили знакомый ему запах башмаков хозяина. В мгновение ока Бахадур оказался на четырех лапах и, спружинив ими, выскочил во двор. Он сходу ударился мордой в живот Берджу, а затем лизнул веснушку на носу улыбающегося Бету.
— Жаль, что вас не было с нами, Бахадур, — сказал мальчик, — мы с отцом заработали много денег, и было много людей…