— Ничего не бойся! Мои люди проследят за этим! — ответил ему сыщик.
Чатури, пыхтя, собрал папку с ненужными бумагами, положил туда «браунинг» и вышел на улицу.
Он сел в такси, и через несколько минут машина уже неслась по Фрир-роуд, вдоль залива Харбур. Впереди замаячили доки — «Виктория» и «Принсес». Расплатившись с водителем, он неспеша вышел и, взяв папку под мышку, медленно направился вдоль высокой бетонной стены. На противоположной стороне улицы он увидел велосипедиста, который подкачивал переднее колесо. На его голове красовалась голубая ангочха. Взгляды их встретились, и они сразу поняли друг друга. За поворотом Чатури увидел никелированный бампер какого-то автомобиля. Неожиданно он услышал за своей спиной приближающиеся шаги, но оглядываться не стал. Тощий и высокий человек в дхоти и грязной чалме, бросил ему, обгоняя:
— Господин Чатури, следуйте за мной!
Адвокат, ни слова не говоря, последовал за незнакомцем.
«Усы у него наклеены», — отметил Чатури.
В мочке правого уха проводника блестела, покачиваясь, латунная серьга.
Метров через сто незнакомец остановился около небольшой двери. Толкнув ее ногой, «аскет» сделал адвокату знак, что можно войти.
Очутившись в прохладной тьме затхлого цоколя, Чатури расстегнул папку и нащупал «браунинг», но не стал перекладывать его в карман брюк. Справа он увидел слабый желтый свет: на обшарпанном столе горела масляная лампа. Рядом со столом он увидел силуэт грузного мужчины, который сразу «взял быка за рога»:
— Господин Чатури, у меня нет времени вести с вами светские беседы! Где заключение по делу Аниты Дели?
Слева мелькнула тень, как показалось адвокату, принадлежавшая Авенашу.
— В папке, — спокойно ответил он, и сам удивился этому.
«С каким удовольствием я бы разрядил обойму в этого буйвола!» — подумал он и открыл папку, из которой извлек красивый, пахнущий клеем фирменный конверт.
— Пожалуйста! — он протянул его «темной личности». — Только я хотел бы знать, кому я отдаю документ? Вы, конечно, пожелаете сохранять «инкогнито», но дайте мне гарантии, что он попадет к адресату, я имею в виду Авенаша Бабу.
— Можете не беспокоиться, адвокат, я здесь! — Авенаш подошел к столу.
— Хорошо! — ответил Чатури слегка дрогнувшим голосом. — Тогда распишитесь вот здесь в получении.
Авенаш прочитал доверенность, подержал ее в руках и дал прочитать Гафуру. Тот придвинул лампу поближе и стал тупо рассматривать бумагу, но так ничего и не поняв, вернул ее Авенашу.
— Какая разница? Подписывай, и дело с концом!
Авенаш поставил какую-то закорючку. Но для адвоката это было и не важно. Главное то, что оба оставили отпечатки пальцев на бумаге, поэтому он, соблюдая чрезмерную аккуратность, которая в данном случае была необходима, положил документ обратно в папку.
— Да, но я должен вскрыть конверт и прочесть, что там! — всполошился Авенаш.
— Это ваше право, господин! Но я сдержал свое слово и, мне кажется, могу спокойно уйти. Надеюсь, вы проводите меня? Сегодня у меня уйма дел в суде.
— Не торопись, адвокатишка! — зарычал Гафур. — Тебе придется задержаться здесь до завтрашнего утра!..
— Вы с ума сошли! Авенаш, это нечестная игра! — с этими словами Чатури выхватил «браунинг» и ударил им Авенаша по голове. Затем молниеносно и сильно боднул своей круглой и голой, как бильярдный шар, головой темную фигуру Гафура. Удар пришелся в живот.
Авенаш, с грохотом упавший на стол, придавил спиной масляную лампу, которая шипела под ним, как змея.
Адвокат резво подбежал к двери и юркнул в нее с проворностью ящерицы.
Солнце на миг ослепило ему глаза. За ним из двери выскочил «проводник». «Велосипедист», слегка оглушив его ударом по грязной чалме, мгновенно надел ему наручники. Двое переодетых полицейских ворвались в темное помещение. Посветив фонариками, они не обнаружили никого и ничего, кроме черного хода.
Чатури подошел к ряженому «аскету» и резким движением руки сорвал с него темную полоску усов.
— Хорошо, хоть эта рыбка попалась, — дергая бандита за серьгу, проговорил «велосипедист». — Сегодня ты будешь у меня целый день петь на все голоса, понял, плюгавое ничтожество? Ты мне все расскажешь: с кем был и кто тебя послал!
— Что мне грозит, господин? — промямлил, дрожа всем своим худым телом, несчастный.
— Соучастие в покушении на убийство, мошенничество, афера и многое другое… С тебя хватит. Но все будет зависеть от того, как ты будешь «петь», — улыбнулся полицейский. — А что было в конверте, господин адвокат?
— Тексты проклятий на шести наречиях Индии с английским подстрочником!