– Хорошо, – согласилась девушка. – Ваша взяла.
– Ну вот и славненько, – улыбнулся высокий юноша. – Чем хочешь заняться? Поохотимся за бумажниками на Пикадилли?
Эстелла посмотрела на стопку газет, которая всегда лежала на полу возле её швейного столика. Её внимание привлекла одна из статей. Это была прекрасная возможность совместить приятное с полезным.
– А что, если мы немного поднимем ставки? – спросила она, указывая пальцем на заголовок, который гласил: «ВЫСТАВКА МОЛОДЁЖНОЙ МОДЫ В ОТЕЛЕ «САВОЙ».
– Ты предлагаешь нам пойти на модный показ?
– Да, в «Савой».
– В «Савой», – повторил Джаспер.
– Ты серьёзно? – удивился Хорас. – В этот шикарный отель?
– В самый шикарный отель, – ответила девушка.
– Но на кой нам сдался этот показ мод? – недоумевал её высокий друг.
– Подумай сам, – ответила Эстелла, – люди, которые посещают такие мероприятия, настолько богаты, что совсем не следят за своими вещами. Они беспечны.
Троица всегда предполагала, что беспечность являлась главным признаком богача. Люди, которые небрежно относились к содержимому своих карманов и сумок, обеспечивали юным воришкам неплохой доход. И чем больше Эстелла вливалась в мир своих новых богатеньких друзей, тем лучше она убеждалась в правильности этого предположения.
– Ну не знаю, – пожал плечами Хорас. – Мы с тем же успехом могли бы пойти в одно из своих привычных мест. Туристы – всегда самая лёгкая добыча.
– Возможно, но в «Савое» нас ждёт улов покрупнее, – парировала девушка. – Там один бумажник выйдет как пять или шесть бумажников туристов.
Пухленький паренёк погрузился в раздумья.
– Ладно, – наконец согласился он. – Думаю, там можно устроить «Унитазный побег». Эстелла крадёт – мы выносим.
Хитроумный способ воровства, именуемый «Унитазным побегом», полностью соответствовал своему ёмкому названию. Кто-нибудь из троицы отправлялся на светское мероприятие и по-быстрому воровал там бумажники, украшения и часы, пряча всё это в потайные карманы. Затем воришка хватался за живот и со всех ног бежал в туалет. Поразительно, но никому и в голову не придёт приставать с вопросами к человеку, который со всех ног несётся в уборную. Люди, как правило, расступаются перед такими несчастными и стараются тут же отвести глаза. Оказавшись в туалете, воришка складывал всё награбленное в пакет, прятал его в мусорное ведро и возвращался к остальным гостям. После чего появлялся его компаньон и «выносил мусор». Этот простой и действенный способ всегда срабатывал на ура.
– Значит, мне придётся играть Мадам Грязесборкину? – принялся ныть Джаспер. – Сначала Фред, теперь она...
– Мы всё ещё можем отправиться в парк, – напомнил Хорас. – Так проще и куда безопаснее.
– А какой в этом смысл? – спросила Эстелла, стараясь не показывать своего разочарования.
– Чтобы нас не поймали.
– Но так мы не сможем как следует повеселиться, – хищно улыбнулась девушка.
– Ты меня пугаешь, – прошептал Хорас и отошёл подальше от швейного уголка подруги.
10
СВЯЖИ ЭТО ВМЕСТЕ
Каблуки Эстеллы звонко стучали по чёрно-белому кафельному полу. Она неспешно пересекла вестибюль «Савоя». В то время как остальной Лондон плавился от жары, здесь веяло приятной прохладой. Этот дорогой отель не позволял нарушать спокойствие своих гостей никому, даже самой матушке-при-роде. Так же, как и в универмаге «Хэрродс», всё здесь служило единственной цели – спокойствию и счастью каждого клиента. К примеру, один постоялец, который по счастливой случайности оказался индийским принцем, забыл на родине кое-что очень важное. В любом другом отеле ему бы предложили попросить близких отправить эту необходимую вещь почтой. Но в «Савое» распорядились, чтобы один из посыльных лично съездил в Индию за забытым багажом. Даже во время войны, когда город сотрясался от бомбардировок, гости отеля могли насладиться спокойствием и комфортом. Конечно, время от времени им приходилось спать в вестибюле, но, во-первых, это делалось для их же безопасности, а во-вторых, заботливый персонал умудрялся даже там создать по-настоящему райские условия.
В «Савое» царил дух благородных традиций. Сюда не добрался Свингующий Лондон. И даже выставка, посвящённая молодёжной моде, становилась здесь образцом благопристойности. Так что в этот день в прохладных стенах отеля собрались сливки лондонского общества, а другими словами – потомственные богачи с двойными фамилиями, а также с тройными, четверными и так до бесконечности.