Вскоре танцор поплыл к берегу. За ним развевался светлый плащ.
- Неужели он плавал в одежде? – мелькнула у графа мысль, но он тут же отбросил ее как абсурдную. Это была девушка. Над водой показалась ее упругая грудь, затем узкая талия, округлые бедра и стройные длинные ноги. Волосы, точно плащ, прикрывали ее спину и спускались почти до колен. В попытке отжать их, девушка выгнулась, подняв руки вверх и застыв в соблазнительной позе. Не отдавая себе отчета, Роланд наблюдал за прекрасным видением затаив дыхание. Волна горячего желания затопила его. Он желал эту девушку, как никакую другую. Граф стал обдумывать, как подойти к ней.
- Господин, где Вы? – раздался внезапно громкий голос Гленна. Оруженосец, обеспокоенный долгим отсутствием хозяина, стал его разыскивать.
Точно испуганная лань, девушка молниеносно выскочила на берег, схватила свою одежду и исчезла в густых зарослях. Роланд, раздосадованный нежданным вмешательством, вышел на берег. Надежды найти незнакомку у него не было. Лес большой, а она, видимо, хорошо его знает. Облачившись в одежды, рыцарь прилег на берегу, отправив Гленна купаться. Перед его глазами вновь и вновь всплывала точеная фигурка, застывшая в невыразимо прекрасном движении.
Постоялый двор.
Уже темнело, когда Роланд подъехал к постоялому двору. Хозяин, толстый, в годах мужчина, с хитрой ухмылкой, призванной, вероятно, выразить восторг от визита в его заведение столь знатной особы, бросился навстречу гостю. Путник спешился, и Гленн повел его коня на конюшню. Граф, весь день пребывавший в каком-то странном состоянии, последовал за хозяином внутрь. В помещении было душно и шумно. За длинными деревянными столами веселились проезжие купцы. Чуть поодаль степенно ели крестьяне, везущие свои товары на ярмарку. Разносились запахи жареного мяса, кислого пива и человеческого пота. Этот не очень приятный аромат отрезвил Роланда. Вырвавшись из мира грез и фантазий, он огляделся вокруг. Его взор упал на молоденькую служанку, несшую пиво и хлеб отдыхавшим за столом путникам. Мужчина задумчиво смотрел на неторопливые движения девушки, на плавное покачивание бедер. Словно почувствовав его взгляд, девушка обернулась и посмотрела на него призывным взглядом, в котором читалось явное восхищение. Подождав, когда служанка пойдет мимо него на кухню, Роланд кивнул ей:
- Придешь попозже в мою комнату – приказал он и, не слушая ответа, обратил свой взор на ожидавшего его трактирщика.
- Господин желает, конечно, лучшую комнату – подобострастно спросил он.
- Три комнаты, милейший, и рядом – последовал невозмутимый ответ.
Вздохнув, трактирщик двинулся вверх по лестнице, показывая дорогу. Осмотрев предлагаемые ему комнаты, Роланд милостиво отпустил хозяина, велев ему подать ужин на двоих в отдельный кабинет. Когда хозяин ушел, Роланд удовлетворенно хмыкнул и вошел в среднюю из предоставленных ему комнат. Это была далеко не лучшая комната из имевшихся в его распоряжении на эту ночь. Самые лучшие апартаменты Граф, не любивший ночного шума, как всегда, отдал своему оруженосцу. Комнату с другой стороны он предназначал для сопровождавших его слуг. Тем самым он обеспечил себе на ночь относительный покой.
Умывшись, Роланд решил проверить, как разместили лошадей, хотя в этом не было необходимости. Он знал, что Гленн серьезно относится к своим обязанностям и проследит за тем, чтобы лошади были хорошо устроены, накормлены и напоены. Просто, не признаваясь даже себе, Роланд все еще надеялся встретить незнакомку, увиденную им в лесу. Он жалел, что не бросился за ней вслед. Видимо, девушка была из этих мест и хорошо знала окрестности. Заехав в ближайшую деревню, он, однако, так и не смог выяснить о ней ничего. Никто не видел девушку с платиновыми волосами и не слыхал о ней. Воспоминания опять накатили на него волной, вызывая, в который уж раз за этот день, весьма острые ощущения в определенной части его тела. Почуяв хозяина, заржал вороной. Сунув руку в висящий на поясе кошель, Роланд достал припасенную краюху хлеба и ласково потрепал коня по холке. Теплое дыхание лошади коснулось его ладони, как мимолетный поцелуй, вызывая яркие видения. Пожалуй, пора возвращаться, решил мужчина. Возможно, у меня просто слишком долго не было женщины. Ну да ничего, сегодня вечером он исправит эту ошибку. Подумав об этом, он осознал, что прелести служанки вовсе не возбуждают его воображение, однако ему необходима была разрядка. Придя к такому решению, Роланд двинулся обратно в дом.
Не торопясь, он поужинал с Гленном в отдельном кабинете. Обсудив планы на следующий день и выпив неплохого вина, Роланд отправился к себе. Открыв дверь, он осмотрел комнату и удовлетворенно хмыкнул. Кровать не была пуста. Граф вошел в комнату и закрыл дверь на засов. Волна свежего ветра, идущая от приоткрытого окна, задула свечу. Решив, что свет ему больше не нужен, так как та, которую он ждал, уже разместилась в огромной кровати, Роланд скинул с себя одежду и нырнул под одеяло. Видимо, девушка ждала его довольно долго, так как успела заснуть. Подвинувшись к ней ближе, мужчина решил разбудить ее ласками. Его рука прошлась, поглаживая, по плечу спящей, плавно перешла на узкую талию и, повторяя очертания изящной фигуры, двинулась вдоль бедра и дальше по ноге. На один сумасшедший миг Роланду показалось, что он ласкает девушку, встреченную им у озера. В тот же миг желание вспыхнуло в нем с новой силой. Не в силах ждать дольше, он придвинулся к расслабленному и такому податливому женскому телу. Его рука накрыла ее полную упругую грудь, а пальцы теребили сосок. Дыхание девушки участилось, дрожь пробежала по телу, спина выгнулась, вызвав у мужчины бешеное желание, какого он никогда не испытывал. Взрыв страсти подчинил его, заглушая рассудок. Он рывком перевернул девушку на спину, навалившись сверху. Его рот впился в ее мягкие податливые губы. Язык, раздвинув губы, блуждал где-то глубоко-глубоко. Тело девушки было податливо и так и манило к себе. Нежный аромат цветов исходил от ее атласной кожи, опьяняя и лишая разума. Одно лишь смущало мужчину: он не чувствовал ответа на свои поцелуи. Ничто, кроме участившегося дыхания и выступившего пота не говорило ему о чувствах партнерши. Это обескураживало, воспринималось как вызов, не принять который он не мог. Рука его достигла, наконец, желанной цели. Поглаживая живот и спускаясь все ниже и ниже, он пытался уловить симптомы страсти на лице своей любовницы.