Все желающие собрались в большом зале. Мужчины оживленно переговаривались, громко смеялись и бурно жестикулировали. Гленн вышел во двор. Лошади были готовы. Гончие рвались со сворок, потявкивая и поскуливая в нетерпении. Егеря ждали сигнала. Вот Гленн кивнул главному егерю, тот затрубил в рожок, и все вокруг пришло в движение. Возбужденные мужчины вышли из замка, вскочили на своих коней, и охота понеслась в лес, жаждая крови.
Возвращение в замок было не таким веселым. Старый, матерый вепрь не просто расстался с жизнью. В охотничьем азарте Эдвард – близкий друг и преданный вассал, - забыв об осторожности, слишком близко подошел к зверю, за что и поплатился. Вепрь распорол ему бедро. Эдвард потерял много крови. Его безжизненное тело внесли в замок. Старый Пьер, заменявший лекаря в замке, зашил ему рану. На следующий день Эдварду стало хуже. Он метался в бреду, срывая повязки. Больного пришлось привязать, чтобы он не навредил сам себе. Пьер не отходил от него, но мало что мог сделать. Роланд тревожился за друга. Столько лет вместе. Верных людей надо беречь, а друзей – вдвойне. Раздумывая, как спасти несчастному жизнь, граф подумал – а вдруг? Вдруг Анна сможет помочь? Ведь лечит же она крестьян. И, говорят, весьма успешно. Он даже обрадовался – вот он, повод затащить ее в замок. Немедленно был призван верный оруженосец, который буквально вылетел из господских покоев, бормоча что-то нелицеприятное себе под нос.
- Опять он со своими странностями. Видать, сглазила его лесная ведьма – бормотал Гленн. – Недаром, старухи в замке называли ее ведьмой! Ведьма, как есть ведьма! – он торопливо перекрестился. - Как появилась, так и исчезла. Одни беды от нее. Хозяин вон, совсем помутился рассудком – то в лес его понесло, то за каргой следить послал. Так и этого ему показалось мало – вези, говорит, ее в замок. Что я, извозчик, что ли, крестьянское отребье возить!
Так ворчал будущий рыцарь, нехотя двигаясь к конюшне, но ослушаться господского приказа не посмел.
Гленн, не торопясь подъехал к уже известному ему дому, спешился и брезгливо стукнул в дверь. На стук вышла женщина, но не та, которая была ему нужна. Женщина низко поклонилась:
- Чего желает господин? – спросила она вежливо, но не подобострастно.
- Знахарка здесь? – высокомерно спросил Гленн, не вдаваясь в подробности.
- Тута, господин, тута. – Засуетилась женщина. – Входите, мой господин – она с достоинством поклонилась, с любопытством и опаской поглядывая на молодого сеньора.
- Передай ей – надменно продолжал Гленн, садясь на лошадь верхом и игнорируя предложение войти. – Ей выпала большая честь. Монсеньор граф желает, чтобы она осмотрела раненого. Пусть собирается, да побыстрее. – Он нетерпеливо гарцевал на своем скакуне.
Анни, спрятавшаяся в доме при виде всадника, облегченно расслабилась, когда услышала, что в замке она нужна, как доктор. Конечно, было рискованно, что ее узнают, но Робби… Она сможет найти сына! Поспешно покидав в мешок то, что может понадобиться, она неторопливо вышла из дома. Крепко обняв на прощание свою домохозяйку, женщина повернулась к всаднику и смиренно сказала:
- Я готова, сеньор.
Гленн с сомнением и брезгливостью смотрел на пожилую крестьянку в изношенной одежонке, ломая голову, как ее посадить на лошадь и кляня себя за то, что не взял вторую лошадь для знахарки. А теперь – что вот с ней делать? Посадить сзади – она будет вынуждена ухватиться за него, обнять его своими иссохшими куриными лапками и прижаться к нему своим немощным старческим тельцем. Посадить спереди – он должен будет обнимать ее сам, чтобы она, не дай бог, не свалилась! Жуть. В его голове возникали картины одна непригляднее другой. Не рыцарское это дело – раздраженно думал оруженосец – развозить крестьян. Пусть я еще не рыцарь, но ведь стану им через год-два.
Все эмоции на лице молодого мужчины были понятны Анне. Она посмеивалась про себя и, наконец, не выдержав его размышлений, сказала:
- Пусть господин едет вперед. Я пойду следом. – Ей совсем не хотелось упасть в грязь где-то по пути.
- Слишком долго – недовольно ответил тот. Наконец, решившись, он грубо схватил старушку, бросил ее поперек седла и пришпорил коня.
Они мчались по пыльной дороге. Анни болталась на лошади, как куль с картошкой. Пыль из-под копыт лошади летела ей в лицо. Лука седла больно упиралась в живот. Буквально ворвавшись во двор замка на полном скаку, Гленн небрежно скинул старуху на землю. Ноги Анни, затекшие во время пусть и непродолжительной бешеной скачки, подогнулись, и она упала на землю почти под ноги пританцовывающего коня.
Роланд, наблюдавший эту сцену с крыльца, в бешенстве закусил губу. Мальчишка! Как он мог так обращаться с Анной. Сердце графа рвалось к ней. Он хотел бы подбежать к ней, взять ее бережно на руки и укрыть свою ценную ношу ото всех. Мужчина уже сделал было несколько шагов вперед, но вовремя спохватился. Он развернулся, дал указание проводить знахарку к Эдварду и скрылся в доме. К Анне подошел седовласый мужчина, вежливо протянул руку и помог подняться.