Эдвард спал. Сон его был спокоен. Анни размеренной походкой подошла к нему, потрогала лоб. Жара не было. Больной явно шел на поправку. Знахарка осторожно сдвинула одеяло с бедра. Роланд, не вытерпев ее прикосновений к другому мужчине, незаметно дал знак Пьеру.
- Я сниму повязку, а вы пока отдохните – поспешил выполнить безмолвное указание хозяина пожилой мужчина. Анни и сама была рада убежать хоть ненадолго от пристального взгляда графа. Она тихонько отошла в сумрак комнаты. Наконец, повязка была снята. Сделав Анне приглашающий жест, старый слуга отодвинулся. Анна подошла и склонилась над раной. Позади нее послышался шорох, и Анни вздрогнула от неожиданности. Роланд стоял за ее спиной. Он стоял так близко, что его дыхание согревало ее кожу. Он нависал над ней неприступной скалой, не давая двигаться. Анни боялась случайно прикоснуться к нему, боялась тех чувств, которые могли накрыть ее при простом соприкосновении их тел. Она замерла, как животное, почуявшее опасность, дрожа всем телом. Дыхание ее участилось. Сердце бешено танцевало в груди. Разум кричал: «Спасайся! Беги! Отодвинься!», а глупое тело млело от близости любимого. Мышцы слабели, превращаясь в желе. Все ее существо молило о воссоединении с другим существом – второй половинкой, назначенной судьбой. Ведь только вместе они могли стать чем-то целым.
Роланд был доволен эффектом, вызванным его откровенным соблазнением. Он уже хотел было ретироваться, но тут Анни покачнулась, и он бросился ей на помощь, поддержав за локоток. Но, как только он коснулся ее руки, словно молния пронзила их обоих. В изумлении они отдернули руки и отступили друг от друга. Роланд вернулся на свой стул, не сводя своих пронзительных глаз с предмета своего обожания. Вот она, рядом. Как грациозны ее движения! Как она проворна! Все его чувства обострились. Как от нее всегда приятно пахнет! Он узнал бы ее по запаху среди тысячи женщин! – пришло ему вдруг в голову. Это потому, что она много купается. Он неожиданно для себя самого подумал – а как же пахнет от него? В его сознании возникла ванна, в которой Анни купала его, касаясь своими ручками везде. Он чуть не застонал от этих мыслей. Его естество молило о близости. Кто же тут кого соблазняет? Чтобы не поддаться желаниям, обуревавшим его, граф поспешно вышел из комнаты.
Анна вздохнула с облегчением. Какая сладкая пытка – быть рядом и не сметь прикоснуться. Не показывать своих чувств, трепетать от одного только его взгляда. Но она здесь не затем, чтобы вновь стать игрушкой лорда. Она должна найти Робби. Робби – прежде всего. Анна обработала рану и ушла к себе, стараясь понять, как и где искать сына.
Вечером за Анной пришла старая Жанна, верная домоправительница де Сомбре.
- Монсеньор граф желает вас видеть – сурово сдвинув брови, провозгласила она. – Немедленно.
Анна вздрогнула. Что могло случиться? Торопливо поправив свой костюм, она чинно сложила руки на груди и склонила голову пониже, боясь, что Жанна ее узнает.
- Я готова – она пошла следом за женщиной. Дойдя до комнаты хозяина, домоправительница стукнула в дверь, предупреждая о приходе, и втолкнула Анну внутрь.
В комнате было довольно темно. Тепло потрескивал камин, у которого стояла большая лохань. В лохани сидел невозмутимый граф. Молоденькая служанка, приносившая утром еду для Анни намыливала графа, торжествующе поглядывая на старуху. Может быть, хозяин обратит на нее внимание и сделает своей наложницей. А еще лучше, если она родит сына. Тогда вся ее дальнейшая жизнь будет обеспечена. А если больше детей не будет, то ее сын станет наследником. Мечтательно улыбнувшись, девушка старалась привлечь внимание хозяина. Только вот зачем здесь эта старуха? Мешает всем, во все лезет. Зачем она понадобилась Роланду?
Анни, поначалу испугавшаяся, недоумевала, зачем Роланду потребовалась старуха-знахарка. Постепенно ею овладело новое для нее чувство. С удивлением она поняла, что ревнует. Ревнует отчаянно. Как он мог! Эта молоденькая девушка прикасалась к нему! Трогала его повсюду, совершенно не смущаясь его наготы. Даже строила ему глазки. Вот сукин сын! Решил поиздеваться над ней, Анной! Решил показать, что всегда найдет ей замену! – Анни в пылу гнева совсем забыла о своем маскараде. Ей хотелось выдрать чертовке глаза, исцарапать ее свежее личико, отлупить этого наглеца-графа. Ей хотелось самой касаться его везде. Капли воды блестели на широких плечах, сбегали по груди, ласкали его живот. Ей до боли хотелось слизнуть языком хоть одну каплю, последовать за каплей по мускулистому телу, обрисовывая его рельеф, прокладывая таинственный маршрут вниз, к заветному месту.