Эту главу писать было нелегко. Эта глава –моя боль, моя выстраданная судьба, моя жизнь.
Мы первые из нашей тогда еще дружной компании сразу после свадьбы стали жить отдельно. Этим сейчас никого не удивишь, молодые самостоятельно или при поддержке родителей покупают себе жилье в ипотеку и не только. А в те годы стать обладателем двушки, с большой кухней и прихожей, правда не в самом Уссурийске, а в районном центре, в двадцати минутах езды от города, была непозволительная роскошь.
В этой квартире родилась наша дочь – Полина. Через год мы обменяем эту двушку на похожую квартиру в центре Уссурийска. Полина в детстве часто болела, причем не типичными детскими болезнями: простуда, кашель, животик, ее нездоровье было каким-то стремительным, сложным, опасным: если температура, то 40C, если кашель, то обязательно бронхит, то иголкой, случайно оказавшейся на полу, проколет пятку, это приведет к длительной и сложной операции, не ребенок –беда. Эта беда преследовала нашего ребенка, нашу семью всю жизнь. В тринадцать лет Полина ушла из дома, искали 2 дня, нашли в «Пентагоне», это местная общага – притон алкоголиков и наркоманов. И опять беда, но мы справились. Полина хорошо закончила школу, уехала в Китай изучать китайский язык, оттуда Дима забрал ее совершенно другим человеком. Она замкнулась, часами сидела в своей комнате, абсолютно отказавшись от социума и от жизни, которой должна была жить восемнадцатилетняя девушка. И опять – беда. В один из обычных осенних дней, возвращаясь с работы, вижу у подъезда «Скорую», сердце подсказывает, что-то случилось с моим ребенком, Полина наглоталась сильнодействующих препаратов, решив свести счеты с жизнью, и испугалась, сама вызвала врачей, ее откачали. И вот опять луч надежды – моя девочка будет жить, все будет хорошо. В ее жизни все еще будет: любовь, семья, дети. У нас будет будущее. Будут внуки, большая семья за большим круглым столом по праздникам и выходным, совместные поездки на море, рождественская елка с игрушками и подарками, все наладится и жизнь опять даст надежду на любовь, на новые встречи.
Сейчас Полина – инвалид, вот уже 16 лет мы живем с розовой справкой – барьером между миром обычных людей и людей особенных, которых общество как бы принимает, но старается их не замечать, так удобнее. Она живет с нами в нашем загородном доме, куда мы переехали, понимая, что нашему ребенку здесь будет лучше, чем в городской квартире среди людей, опускающих глаза при встрече с Полиной и проходящих мимо нас, мимо нашей жизни. Никто не знает, как прожить горе правильно, но самое важное - прожить его вместе, ведь «два любящих сердца могут исправить сразу три судьбы».
- Вилочки-ложечки.
Моя свекровь подарила нам на свадьбу купеческий столовый мельхиоровый набор, почерневший от времени или от употребления, в который входили большие, тяжелые вилки и ложки с основательной ручкой, с затейливым узором. Этими приборами можно было изысканно сервировать стол для английской королевы, если бы она, конечно, решила из Лондона прилететь на званый ужин к нам в провинцию. Но мой муж невзлюбил этот набор и просил подавать ему ложечки-вилочки полегче. Это его пристрастие к особому роду облегченных вилочек даже воспели друзья нашей юности в одном поздравительном спитче на тридцатилетний юбилей Димочки: «…Но понять мы одно пытаемся, как с тобою жена уживается, нелегко ведь ей борщи варить, свеклу да морковку тоненько рубить. Все твои капризы исполнять, вилочку полегче подавать…». Одним из первых выученных мною семейных уроков был урок по приготовлению заправки к борщу. Ну как же без борща в семье? Борщ - это практически залог семейного счастья, жена и борщ – это этимологически родственные слова, это высокая кухня, если ты научилась готовить борщ, ты заведомо получаешь кулинарный «Оскар», Мишленовскую звезду, в копилку семейного счастья. По мнению моего мужа, овощи для пресловутой заправки в борщ ни в коем случае нельзя тереть на терке, их нужно резать соломкой, только в этом случае это блюдо будет соответствовать гордому названию «борщ». Короче, Димочка, как всегда, гурманит. И мне приходится творить, чтобы подняться на кулинарный Олимп нашего семейного счастья.
Вообще Димочка разительно отличался да и по сей день отличается от большинства мужей моих подруг и приятельниц да и всех знакомых мне мужчин своей избирательностью, требовательностью, особым вкусом, пристрастием ко вкусной домашней еде, процессу ее приготовления и не менее привередлив к подаче готовых блюд.