И все это время Галина Алексеевна открывает для своих юных друзей общественную суть подлинного творчества. Каждая работа прежде всего находит отклик у друзей. («Научить радоваться успеху друга как собственному поэтому очень важно», — считает Рождественская). Выставки в студии и за ее пределами имеют ту же цель. Но самое важное — показать общественную заинтересованность в ребячьем творчестве. И вот студийцы берутся оформить московский завод игрушки «Кругозор». На всех двенадцати этажах административного корпуса роспись стен делается по эскизам студийцев. Ребячьи панно украшают заводские цехи.
А недавно ребята проделали большую работу по благоустройству своего района к Олимпиаде. Они написали эскизы щитов, которые будут установлены на детских площадках, эскизы росписи стен домов, около которых построены детские городки. Украсить пионерский лагерь, школу, двор — все это вошло в быт юных художников, за все это они не раз получали благодарность и от взрослых и от сверстников, это не раз убеждало: творчество — живая, прочная нить, связывающая каждого человека с другими людьми. Отдаваясь творчеству, он осваивает богатства культуры, созданные другими, и приумножает их сам.
...Художественное воспитание вроде бы ставит перед собой довольно узкую цель — развить одну из способностей, заложенных в человеке, помочь самовыражению формирующейся личности. Но художественное воспитание очень часто становится шагом к воспитанию эстетическому, его методом, его средством. А эстетическое воздействие куда шире, и цели у него и задачи более значительные: научить человека чувствовать, видеть и поступать по человеческим законам.
Поет человек или нет, танцует или неуклюж... От этого многое зависит, но не все. И потому в детских коллективах художественной самодеятельности руководитель чаще всего не ограничивается научением петь, танцевать, читать стихи, играть на гитаре и т. д. Вот письмо от девочки, занимавшейся в ансамбле имени Локтева московского Дворца пионеров.
«Я стала взрослой, — пишет автор. — Но тысячи нитей связывают меня с моим ансамблем. Все, что во мне есть хорошего, интересного, — все из ансамбля. Умение дружить, подчинять свои интересы коллективу (чего стоили наши выступления, знаем только мы, какой дисциплины и самодисциплины требовал наш успех). Умение гордиться товарищами, любовь к музыке, танцу — все, все из тех моих детских, школьных лет».
Художественный навык сам по себе не является залогом высокой нравственности. Прекрасный танцор, скажем, может быть жадным, злым или трусливым. Это чувствуют родители, авторы писем, и откровенно признаются, что стараются отдать детей в кружки, где ребята получают и нравственную закалку.
Вот рассказ о ленинградском ТЮТе при ленинградском Дворце пионеров. ТЮТ — театр юношеского творчества. Его «актеры» проникаются поистине святым отношением к театру, знакомятся с таким высоким и сложным понятием, как «служение искусству». И актеры здесь не только актеры, но и реквизиторы, столяры, портные одновременно. Каждый познает до мелочей, как делается спектакль. Иными глазами — добрыми, дружескими, смотрит тютовец любой спектакль, он знает ему истинную цену, представляет, сколько проделано работы, чтобы спектакль появился на свет.
Очень часто родителей привлекает в кружке художественной самодеятельности, в детском самодеятельном театре именно это положительное влияние на нравственное становление ребенка. Творческий коллектив очень легко вырабатывает и внедряет высокие этические нормы. Так, например, у ленинградских детей-тютовцев есть свой неписаный устав и даже точно очерченные правила поведения. ТЮТовцы не грубят друг другу, мальчики не позволят девочкам нести тяжелые сумки, выполнять трудную работу. Само собой разумеется, что прекрасное театральное дело должны делать люди, которые стараются стать прекрасными.
Но говоря о большой роли художественного воспитания в общеэстетической подготовке ребят, в подготовке их к подлинной встрече с большим искусством, многие родители предостерегают от того, чтобы считать его единственной точкой приложения родительских усилий. И в ансамбль песни и танца, и в кружки изобразительного искусства дети должны приходить по велению души и собственного дара. Ни в коем случае не стоит растущего человека делать артистом или художником с первых жизненных шагов, заставлять многие годы проводить у ненавистного рояля. Не хочет..? Что ж, придется искать другие пути приобщения к прекрасному, иные стимулы движения личности в этом направлении. Ребенок склонен к спорту. Или к науке. Или через физический труд приходит к эстетическому освоению действительности. Не зря же говорят, что «он трудится красиво». Все эти пути так или иначе приближают ребенка к общению с настоящим искусством, помогают поднимать новые и новые слои культуры, овладевать теми богатствами, которые выработало человечество.