Нетрудно догадаться (что и сделал мистер Эллери Квин), что искать за последние несколько дней общества доктора Даннинга Сару Фуллер побуждала тайна происхождения Гульды. Как ни странно, она не питает к нему зла. Безумные причуды безумнбй женщины! Она вчера сказала мне, что они долго обсуждали свой дальнейший образ действий, и не без гордости заявила, что Даннинг уговорил ее позволить девушке до самой смерти считать, что она дочь миссис Доорн.
Другой важный момент, затронутый в дневнике, – участие доктора Дженни в этой истории. Как вы, по-видимому, знаете, доктор Дженни всегда был наперсником миссис Доорн, особенно с тех пор, как он стал одним из немногих, посвященных в тайну рождения Гульды. Судя по дневнику, неблаговидное поведение Даннинга не повлияло на изменение отношения к нему Дженни – последний, очевидно, был достаточно широких взглядов, чтобы простить ему содеянное им зло. Во всяком случае, Дженни часто бранил Сару за ее скандальные наклонности и намерение разрушить жизнь Гульды исключительно с целью удовлетворить свои подавленные материнские инстинкты. Странно, не так ли? Возможно, его позиция была вызвана высокой оценкой профессиональных способностей Даннинга.
Доктор Дженни был во всех отношениях другом миссис Доорн. Он оправдывал каждый ее поступок, между ними никогда не было даже намека на недовольство.
Прошу прощения за мои настойчивые просьбы о молчании. Думаю, вы понимаете, что я делаю это Не ради себя, а ради Гульды, которая значит для меня больше всего на свете.
Искренне ваш
Филипп Морхаус.
P. S. Буду вам очень признателен, если вы уничтожите это письмо, существующее в единственном экземпляре, как только прочитаете его.
Ф. М.».
Другим инцидентом этой относительно спокойной пятницы, который инспектор Квин не без оснований вспоминал впоследствии, был телефонный звонок Эллери Квину в 6. 30 вечера.
За последние 24 часа поведение Эллери Квина резко изменилось. Он больше не нервничал и не шагал по комнате с бешеной энергией и отсутствующим взглядом, как в недавние тяжелые дни.
Всю пятницу он провел у окна гостиной, читая и каждые два часа печатая на своей скрипучей старой машинке. Инспектор Квин, забежавший домой, чтобы наскоро закусить и дать консультацию по телефону, своим подчиненным в Главном полицейском управлении, заглянув через плечо сына, увидел, что Эллери пишет детективный роман, тот самый, который он начал несколько месяцев назад и который в последнее время был полностью заброшен. (Рукопись «Убийство марионеток» – одного из детективных романов Эллери, изданных под его собственным именем. – Дж. Мак-К.)
Старик усмехнулся в седые усы. Это было хорошим знаком. Уже давно он не видел на лице сына такого спокойного и безмятежного выражения.
Знаменательный разговор по телефону состоялся, когда инспектор снова появился в квартире. Лицо его вытянулось от уныния, которое сменилось напряженным .вниманием, как только он услышал голос Эллери в спальне.
Такой свежий, радостный и возбужденный голос можно было услышать у Эллери только в редких случаях.
Инспектор мягко закрыл входную дверь и остановился, прислушиваясь и затаив дыхание.
– Пит? Где вы находитесь? – Сначала в голосе Эллери послышались нотки беспокойства, но сразу же сменились весельем. – Чудесно! Чудесно, Пит! Коннектикут, а? Достаточно благоразумно… Трудно со временем? Ну, не имеет значения… Молодчина! Храните это пуще глаза. Вы получили бумагу? Отлично!.. Нет. Сделайте копию и Вручите мне ее, как только вернетесь в город… хоть в три часа ночи. Ради вас я проснусь когда угодно… Хорошо. Поскорей!
Инспектор услышал стук трубки, положенной на рычаг, и громкий крик Эллери:
– Джуна! Все кончено!
– Что кончено? – осведомился старик, когда Эллери ворвался в гостиную.
– О, папа! – Эллери схватил отца за руку и энергично ее пожал. – Мое дело закончено! Конец. Пит Харпер…
– Пит Харпер? – мрачно переспросил инспектор. – Если у тебя есть для кого-нибудь работа, то почему ты не поручаешь ее моим ребятам?
– Ну, папа, – улыбнулся Эллери, усаживая старика в кресло, – не ожидал, что ты можешь задать такой вопрос. Ведь дело было еще не завершено, и я не хотел, чтобы поручение, которое выполнял Пит, носило официальный оттенок. Если бы оно окончилось неудачей, пришлось бы давать уйму объяснений… Но теперь все трудности позади. Когда Пит к ночи приедет сюда и привезет мне. один весьма интересный документ… Немного больше терпения, сэр.