Девушка почти бегом дошла до шкафа-купе и отодвинула створку, выхватив с нижней полки дорожную сумку. Дрожащими руками раскрыла её и вытащила небольшую шкатулку.
— Это всё, что у меня есть, — выдохнула девушка и бросила её на диван, совершенно не заботясь о том, что её содержимое рассыплется. Серьги с бриллиантами, рубинами, изумрудное кольцо и так, пара не слишком ценных колье. Не слишком шикарно для жены обеспеченного адвоката. Не говорить же, что часть она уже продала для того, чтобы начать новую жизнь. Пусть возьмёт, что осталось, и убирается!
В горле стоял ком, щёки горели в огне, но Рита гордо вскинула голову и посмотрела в лицо Михаила, в холодных светлых глазах которого полыхала ярость.
— Вот, значит, как! — фыркнул он, больно перехватив Риту за запястье так, что девушка подалась вперёд, чувствуя, как полы халата распахнулись, словно двери кукольного домика, в котором принцесса ожидала принца. — Решила играть в оскорблённую добродетель?
«Глупое сравнение!» — подумала она и сглотнула вязкую слюну. Неужели, ударит?
— Сделаем так: я говорю, что ты и впрямь ни при чём, а ты отработаешь моё время, — слова Михаила, как ни странно, вызвали истому, разлившуюся внизу живота горячей волной. А страх совсем ушёл, будто и не было прежнего разговора на повышенных тонах. Несмотря на серьёзный вид Михаила, последние слова он произнёс спокойно, почти ласково: — Будешь хорошо себя вести, за месяц управишься.
Рита успела только кивнуть, закусив нижнюю губу, чтобы не вскрикнуть, когда Михаил провёл рукой по её шее. Бретельки сорочки соскользнули с худеньких плеч, шёлк с тихим шелестом упал к ногам.
Дальнейшее происходило как в прошлый раз. Те же горящие прикосновения, от которых девушка таяла, словно мороженое под яркими лучами солнца. Только на этот раз они были более резкими, властными и сильными, не допускающими и тени сопротивления.
В губы он её тоже не целовал. Рита хотела было дотронуться до него, расстегнуть рубашку, но мужчина снова перехватил её запястье, одарив взглядом, в котором читалась чуть ли ненависть.
«Теперь он скажет, что ненавидит меня», — в дурмане желания подумала Рита. Какая-то часть внутри неё недоумевала, откуда такое влечение к постороннему мужчине, но Рита отмахнулась от доводов рассудка. Сейчас это не имело значения, только пульсирующий внизу живота ком вызывал сладкую истому, требующую ещё большей боли.
«Всё равно. Пусть думает, что хочет», — мысли мешались и путались, Рита тонула в собственном нетерпении и лишь выполняла всё, что от неё требовалось.
Михаил резко повернул её к себе спиной и заставил встать коленями на диван, опиршись о спинку. Девушка прогнулась и еле слышно застонала, когда мужская рука сжала её ягодицу и спустила с бёдер ажурные трусики.
Рита боялась лишь одного: что сейчас он уйдет, оставив её неудовлетворённой. Но этого не произошло. Довольно хмыкнув, коснувшись её влажных от желания чресл, он отстранился, только для того, чтобы через мгновения ворваться в неё именно с той силой, о которой Рита грезила каждую ночь после первого раза. Сдерживаться и пытаться сохранить обиженный вид она больше не считала нужным. В конце концов, она заслужила хорошую разрядку, которую не чувствовала многие годы с Борисом.
Михаил двигался с нарастающей силой, крепко держась руками за её талию, а Рита только подмахивала в такт и текла ещё больше, совершенно не стесняясь собственных соков, хлюпающих в лоне и стекающих по бёдрам. Дикая скачка, как назвала она этот секс про себя, закончилась слишком скоро.
Рита успела получить желаемый оргазм, ком внизу живота лопнул, разлившись по всему телу горячей волной, смывшей, как цунами, все беды и тяготы последних дней. Девушка предчувствовала уже вторую подобную волну, но на пике яростных движений навстречу друг другу Михаил излился в неё обжигающим всё естество семенем и спустя пару мгновений, за которые Рита разучилась дышать, оставил её, вызвав стон разочарования.
«Ещё, ещё», — кричало разгорячённое древним танцем тело. Разум медленно, но верно брал власть над ним, напоминая, что любовник сейчас покинет её и, возможно, не вернётся. Или вернётся, и она станет тряпкой у его ног, лишь бы всё повторилось вновь.
— Я позвоню, когда надумаю прийти снова, — по-деловому спокойно произнёс Михаил, застёгивая ремень на брюках. Рита сидела на диване, не стесняясь своей наготы, и снизу вверх затуманенным взглядом смотрела на него. На мгновенье ей показалось, что мужчина заколебался, не поцеловать ли девушку, но, так и не решившись, вышел прочь. Через минуту входная дверь громко стукнула, и в квартире воцарилась тишина.