Руководитель операции: капитан полиции П.Тихомиров
Дата составления: 24.07.2024
Дата проведения мероприятий: 23.07.2024
В личной беседе с Константином Авдеевым были установлены следующие факты.
В возрасте семнадцати лет Николай Авдеев познакомился с Денисом Грушевским, среди криминальных кругов более известен как «Барон». При каких обстоятельствах произошло знакомство - не уточнялось. Первичные встречи основывались на общении с позиции «отец-сын», а именно Грушевский проявлял внимание к делам Авдеева, дарил подарки и организовывал совместный досуг. Через несколько месяцев Грушевский потребовал оплатить подаренные вещи. В связи с тем, что у подростка семнадцати лет отсутствовало имущество, Грушевский произвести расчет посредством оказания услуг различного характера. Первые несколько месяцев Николай А. выступал в роли охранника у входа в клуб «Позетти», позже стал личным телохранителем самого Грушевского. Иные иерархические позиции неизвестны, в настоящий момент Николай А. контролирует уличные процессы: ограбления, нападения, вандализм.
Денис Г. в настоящий момент оказывает психологическое давление на Константина А., поскольку в 2016 году оплатил контракт на образовательные услуги в педагогическом институте для последнего. Константин А. узнал об этом факте после окончания учебы. Грушевский рассчитывает на наличие психологической квалификации у Николая А. в целях проведения вербовочных бесед с подростками-кандидатами на вступление группировку Грушевского. Согласно словам Константина, такая деятельность его не привлекает, но денежных средств для оплаты навязанного долга не имеет, в связи с чем рассматривает возможность своего участия в деятельности Грушевского.
По информации, полученной Константином А. от Николая А. 28.07.2024 в клубе “Поззети” планируется крупное мероприятие в честь дня рождения молодого предпринимателя - Дмитрия Нечаева, по совместительству являющегося сыном Алексея Нечаева, более известного как “Цепной”. Крупные представители криминального мира соберутся в клубе, однако Николай А. намекнул, что мероприятие больше будет посвящено сделке между двумя группировками. Характер сделки не установлен”.
Поставив последнюю точку я будто стержень ручки воткнула себе в сердце, почувствовав жгучую боль в груди. Если бы человеческое доверие превратилось в нечто материальное, то лист передо мной - доверие Кости. Вчера вечером, когда он рассказывал мне все это, при этом держал за руку, я не могла не думать о том, как и что из всего я должна передать Павлу.
После того, как он поделился со мной всеми переживаниями, то постаралась отодвинуть мысли о своем предательстве на второй план и поддержать его. Мы сидели в обычной кофейне недалеко от клуба, из которого сбежали. Уже не напротив, а на одном диване, чувствуя тепло, исходящее от тел друг друга, и слегка соприкасаясь пальцами рук. Я положила голову ему на плечо и мягко гладила коленку, надеясь, что это дает ему успокоение.
Несмотря на то, что мы недолго общаемся с Костей, мне безумно больно представлять слова, которыми я буду объяснять сложившуюся ситуацию в конце операции. “Извини, но мне было основательно скучно на работе”? “Я жаждала карьерных высот и мне было все равно на твою жизнь”? Бред. Кажется, он, с такой братской любовью, никогда не простит меня, когда правда вскроется. Хватит ли мне сил в принципе признаться ему в этом?
***
- Что-то еще? - переспросил Павел после прочтения моего отчета.
- Нет.
- Это очень хорошо. Я бы сказал, что это просто замечательно. Видимо ты знатно охомутала Костика, раз он выпалил тебе основные криминальные секреты города, - хмыкнула Павел и многозначительно сказал, - Видимо очень постаралась.
- При всем уважении, - а уважение к Павлу с каждым днем все гаснет и гаснет, - не могли бы вы держать при себе вульгарные замечания.
- Ох, кошка с коготками, это всего лишь шутка. Не воспринимай все так близко к сердцу, иначе выслугу лет не получишь - уйдешь раньше.
Павел показал свой оскал, который все чаще мелькал на его лице уже пару дней и видеть который мне было противно. Удивительно, что до операции он вёл себя со мной более аккуратно и лояльно. Шутки ниже пояса держал при себе, поддерживал в некоторых моментах. Но с моим вступлением в операцию Павла словно подменили, из него вылезла черная и вязкая субстанция, которая показывает его амбиции в деле. Вспоминая слова Саныча о периодическом дрифте Павла в оперативно-розыскных мероприятиях, я тут же наполняюсь желанием оставить это все и рассказать правду Косте. Но в итоге увязаю в этом все больше и больше.