- Зайди, - начальник был немногословен.
Буквально через мгновение залетел Павел, взял стул возле меня и сел ко мне лицом.
- Начинай, - холодно сказал Саныч, потянувшись за дозой никотина. Павел отозвался кивком, а затем повернулся снова ко мне.
- Ну, рассказывай, что именно ты поведала Авдеевым об операции? - с ухмылкой спросил коллега.
- Что?! Я… я… я… - заикаясь, опешила от нападки.
- Ты, ты, ты, ты считаешь, что мы идиоты? - передразнил Павел.
- Я не могла! - почти кричала я.
- Возможно, ты реально мала и глупа, раз думаешь, что клуб, напичканный жучками и камерами, не увидит, как вы мило зашли в подсобку с объектом слежки? Или возможно ты думаешь, ты всех переиграла? Ну, что молчишь? Объясняй! - Павел тоже перешел на крик.
- Полегче, - просто сказал Саныч.
Ситуация превращается в самый ужасный кошмар, который может мне присниться. В академии мы иногда устраивали друг другу эмоциональную встряску, разыгрывая сценки допроса, но на месте подозреваемого, да и в чем, в сливе информации, я никогда не была. Глаза мои бегали от Павла к Санычу, от начальника к коллеге, пытаясь найти хоть намек на то, что это проверка или розыгрыш. Собрав последние силы в кулак, выдохнув, я спросила:
- Это допрос? - сев в закрытую позу, я опрокинулась на спинку кресла.
- Даже если и так, не думаешь ли ты привлечь адвокатов? Этих костюмчиков? - вновь усмехнулся Павел.
- Мария, это не допрос, возможно тебе показалось, что Павел на тебя накинулся, но нет, мы просто ведем с тобой беседу, - выдохнув еще больше едкого дыма, попытался успокоить меня старший по званию.
- Мало мне в это верится! - сдерживая себя, сказала я.
- Давай начнем с того, что вчера в день операции мы обнаружили тебя сползающей с пятого этажа под ручку с подозреваемым! - вновь повысил тон Павел
- В этом он прав, - подтвердил Саныч.
- Что у вас есть на Константина Авдеева? - отбила я мяч.
- Сначала ты отвечаешь на наши вопросы, а потом мы думаем, доверять ли тебе, - пожав плечами, Павел скопировал мою позу.
- Хорошо, начнем с того, что об операции и слежке Константину я сведения не передавала, о том, кто я, он узнал вчера, когда мы встретили вас, - сообщила я с горечью в голосе. - Я боялась, что он будет там и попадется под вашу горячую руку. Он же для вас просто очередная безличностная сводка.
Оба мужчины наградили меня тяжёлым взглядом. Павел открыл рот, чтобы что-то сказать, но Саныч взмахом руки его остановил.
- Не знал, что ты так воспримешь мои слова, - холодно начал он. - Но суть нашей работы в том, чтобы разделять личное от служебного. Мы основываемся на фактах. Факт первый: Константин Авдеев был в клубе, когда там происходила сделка между бандитами. Факт второй: он не в первый раз там находится, мы видели, как он заходил вчера вечером, когда его без всяких вопросов пропустили и дружески поприветствовала часть людей из уличной банды. Факт третий: Константин, Николай Авдеевы и Грушевский перед началом мероприятия заперлись в одном кабинете и о чем-то договорились. И нам даже удалось подслушать, о чем именно. И теперь вопрос, Маша, кто прав: тот, кто оценивает поступки людей основываясь на доказательствах, или тот, кому навешали на уши лапши, прошептав пару ласковых словечек?
- Это неправда, - воскликнула, прервав его монолог. - Вы же сами знаете из моих отчетов, что у Кости не было выбора. Грушевский заставлял вернуть его кучу денег за обучение.
- Поступки определяют людей, - жестко отбрил Саныч, уже не смотря на меня и затягиваясь очередной сигаретой. - Хороший человек, или точнее сказать, невиновный, не согласится пойти на преступление. Как и незнание не освобождает от ответственности, так и мотивы.
- Вы будете предъявлять ему обвинения? - севшим голосом спросила я, молясь, чтобы мне дали отрицательный ответ.
Саныч отвернулся. Павел с подлой ухмылкой ответил, наклонившись ко мне ближе:
- А почему бы и нет? Вариантов не особо много. Адвокат Нечаевых уже добился их освобождения под залог. Грушевский с Николаем Авдеевым скрылись благодаря твоей наводке…
- Не раскрывала я никому деталей операции! - тут же перебила и крикнула.