Я кивнула. Еще раз посмотрела на мужчин, надеясь, что они сжалятся и дадут необходимые ответы, но меня игнорировали. Я понуро вышла из кабинета и вернулась к своему столу. Села в кресло и оглянулась. В голове роились тысячи вопросов. Я больше сюда не вернусь? Моим мечтам стать настоящим оперативником конец? Мне нужно собирать свои личные вещи?
Я закрыла глаза и вздохнула, впитывая в себя запах Управления и его шум. Сотрудники вокруг продолжали жить и работать, не обращая на меня внимания. И так было всегда. Я ведь просто девочка на побегушках, на стол которой можно кинуть папки бумаг для оформления. Замечали ли они в принципе меня как личность хоть когда-нибудь? Я так мечтала стать их частью, но всегда была в стороне.
Смахнув непрошеную слезинку, резко поднялась. Если и распускать нюни, то только не здесь. Подхватила свои вещи, захбрав несколько дорогих сердцу личных безделушек со стола, и пошла к выходу. Нервно нажала кнопку вызова лифта.
Ко мне подошли еще несколько сотрудников, активно разговаривая о чем-то своем. Под шум их болтовни я спустилась вниз. На первом этаже остановилась.
Взгляд уперся во вход на цокольный этаж. Именно там держали временно задержанных. Если, конечно, к операции не были привлечены районные отделы. У нас было мало места для арестованных, и их могли временно перенаправлять в другие места.
Рука скользнула в карман сумочки, в котором лежало мое удостоверение. Его у меня не забрали, значит, я все еще считаюсь сотрудником управления и могу проходить в такие места. Конечно, допуск у меня не самый высокий для прохода. А, может, и подойдет? Раньше мне никогда не приходилось спускаться туда, и я не знала, пропустят меня или нет.
Решение далось мне слишком легко. Я должна сделать еще одну попытку, чтобы объяснить Косте все, что чувствую. Нервно оглядевшись, я скользнула к двери и нырнула внутрь. Лестница была широкой и светлой, что сильно отличалось от моих представлений. Я быстро спустилась по ней, опасаясь, что вот-вот меня догонят и остановят.
Внизу, за поворотом, выглядывал стол дежурного. Я взмолилась и решительно вышла из-за угла, держа наготове свой пропуск в руке.
За столом сидела Анна, которая вчера присматривала за мной в патрульной машине после обморока. Девушка смотрела в телефон и улыбалась. Она подняла голову на шум моих шагов и удивленно посмотрела.
- Привет, - произнесла я, нервно улыбнувшись.
- Привет, - легко ответила она мне.
- Ты мне не подскажешь, среди задержанных здесь есть Константин Авдеев? - с надеждой спросила, увидев, что она вполне дружелюбно ко мне расположена.
- Вообще как-будто бы не могу, - она на миг сделала выражение лица серьезным, но потом вновь улыбнулась. - Но это все так интересно. Он в обезьяннике справа.
Она кивнула головой в сторону одной из двух имеющихся здесь дверей.
- Я могу пройти, чтобы с ним поговорить? - я закусила губу. В ней тут же отозвалась боль, видимо, я слишком сильно покусала ее зубами за сегодня. - Мне очень нужно.
- Вообще как-будто бы не можешь, - она нахмурилась. Потом подумала, и продолжила, пожав плечами. - С другой стороны, почему бы и нет? Но ключи я тебе не дам от камеры.
Она забавно погрозила мне пальцем. Я не сдержала облегченного выдоха.
Анна направила меня в тамбур, между камерами и помещением, где обычно находится дежурный. Подходя ближе к двери, я заметила кристально чистые зеркала, те самые, за которыми наблюдающих за задержанными не видно. В самой дальней камере сидел, с поникшей головой, Костя. При виде его, мое сердце забилось чаще, мне тут же захотелось залиться слезами от облегчения, что он не пострадал. Он был во вчерашней одежде, волосы его все также взъерошены. Лица я не видела, о чем пожалела, потому что я должна была видеть его глаза.
Сидя на скамье, он казался пустым сосудом, не двигался, голову не поднимал, лишь создавал вид, что находится здесь.
Пройдя через двери, я направилась прямиком к нему. Когда он поднял на меня глаза, мой мир остановился. Хозяйка усталость царила на его лице. Жутко помятый, безвольно держит руки, но губы изогнулись в кривой улыбке.
- Пришла посмотреть на трофей? - ядовито спросил Костя. Я подошла ближе к решетке, положив руку на них. Холод железа обжег мне кожу, заставив отпрянуть на момент. Когда кожа привыкла к жгучему ощущению, она снова вернулась на то же место.