Стоило кончить и отдышаться, как иллюзии кончились. До этого Го Хэн рассуждал в понятии «секса», но после его самого прошибло неприятной дрожью от того, что он сделал. Он смог только пару раз мельком взглянуть на Чжу Баи, после чего быстро ушел в ванную. Там умылся холодной водой, вышел из ванной даже не глядя в ту сторону и — сразу из комнаты. Запер.
На всякий случай предупредил своих, что башку оторвет тому, кто хотя бы попробует заглянуть в его комнату. И сбежал совсем, оставив Чжу Баи там. Растерзанным, сломанным. Го Хэну казалось, что нужно просто в себя прийти, поэтому он отправился решать те дела, что могли подождать еще, и что не требовали от него разговоров. И все же. Он не мог выбросить из головы Чжу Баи, его разочарованный взгляд. Он думал даже о том, что мог бы теперь отпустить Чжу Баи… Но тогда он никогда и ни за что близко к Го Хэну не подойдет, и на их общении можно будет ставить крест. Нет, — решил Го Хэн, — он сам мне продался. Значит, будет должен говорить со мной. Жить со мной.
При мысли о том, что теперь в его комнате всегда будет Чжу Баи, становилось иррационально тепло. Го Хэну казалось, что со временем все придет в норму, в том числе Чжу Баи. Го Хэн же не просто так это сделал, была же причина…
А потом, когда он уже часов пять отсутствовал, до него дошло, что он оставил Чжу Баи в одном месте с толпой озабоченных отморозков. Которые не очень понимали его мотивацию и могли решить, что теперь Го Хэн успокоится. Что ему хватит одного раза, а дальше Чжу Баи можно забирать. Он сказал им только не заглядывать в его комнату. А еще не говорил, что нужно помешать Чжу Баи уйти. Ведь наверняка он попытается. Да даже и сбежит… он всегда мог открыть дверь сам.
Обратно Го Хэн гнал так, что отбил задницу на бездорожье. Бросил мотоцикл у входа, влетел в старый цех еще сам не зная, чего ожидал увидеть. Но было более-менее тихо, все были заняты своими делами — ремонтом, просмотром записей матчей, игрой в карты. Го Хэн бросил взгляд на свою комнату — та по-прежнему была закрыта. Ему снова стало стыдно. Но это же был Чжу Баи, они так давно знали друг друга, что должны были найти общий язык.
Гун Ву отделился от тех, что наблюдали за игрой в карты. Дошел до Го Хэна и отозвал его под лестницу. Го Хэн снова напрягся, но пошел.
— Он пытался уйти, — произнес Гун Ву, закуривая. Предложил сигарету Го Хэну и тот взял. С первым же глотком табака он ощутил, как отпустило напряжение. — Мы с ним поговорили. Нормально так поговорили, мирно. Мне кажется, он понял. Во всяком случае, вернулся сам.
— О чем поговорили? — спросил Го Хэн. Получилось спокойно.
— Напомнили, что его поселение дало слово. Я сказал, что он сможет уйти, когда ты отпустишь. Думаю, он понял. Ты собираешься его отпустить?