***
Го Хэн пересчитал банду — все были на месте. Никто не сбежал и не сдох. Что странно… Хорошо, конечно, что никто не умер, хотя Го Хэн считал, что без него стая точно начнет мереть как мухи. А что никто не сбежал — он постоянно следил за своим поведением, стараясь и не давать слабины и не перегнуть палку. А тут в течение некоторого времени стаей управлял блаженный дурак вместо него, который без страха и мозгов шлялся по этому миру, и его никто не рискнул убить, чтобы не связываться потом с его бандой. Вот уж, что называется, повезло…
— В нашем мире… короче тут где-то, должен быть странный человек. Разгуливает в серебряном халате. Мужик, но волосы длинные. Вы узнаете, он прямо выделяется, — говорил Го Хэн, стоя на третьей от пола ступеньке лестницы на второй этаж. Банда так радовалась его возвращению, что слушала, затаив дыхание. — Мне нужно, чтобы вы поспрашивали в окрестностях. Если найдете — сразу тащите сюда.
— Босс, он денег должен? — спросили из стаи, не очень понимая цель. Го Хэн не мог честно сказать: «Нет, это Чжу Баи из другого мира», его бы снова заковали в цепи и посадили в подвал, поэтому он произнес только:
— Нет, но я обещал спасти его.
После этого он развернулся и отправился в свою комнату. За спиной переговаривались, но никто не решился спросить, кому босс обещал и когда успел.
Возвращаться в пустую комнату, где раньше всегда ждал Чжу Баи, было почти невыносимо. Го Хэн долго возился с ключами, потом долго колупался с дверью и, наконец, открыл.
Ему показалось, что он ошибся… Это не его комната. Потому что его комната так не выглядит. Это вообще дверь в тот мир, в которым он был последнюю неделю. Но интерьер был практически тот же. Только некоторые вещи изменились… Во-первых, больше не матрас в углу, а кровать за ширмой. Свежей ширмой с чернильными журавлями и зайцами! Словно ее прямо рисовал кто-то! Хоть и простенькая техника, но Го Хэн почти что взбесился снова, когда подумал о том, как та мразь притворялась такой утонченной и хорошей. В комнате у него убрал! Кровать поставил! Стол переставил из центра в угол, окошко даже над столом нарисовал! Дверь в ванную вернул на место. Еще везде была белая тюль, которая делила комнату на несколько зон — обеденную, спальную, входную. Го Хэн собрался сорвать занавески, но не поднялась рука. С какой помойки он их принес только?! Из какого заброшенного дома украл?! Занавесок было сколько угодно в округе, только отмывать их от пыли и дерьма было влом. Го Хэна бесило, как тот ублюдок сделал перестановку на его! Его! территории!
— Босс, — дверь оставалась открытой, но в нее постучали. Это пришел Гун Ву. — Слушай… а что такое с тобой было-то?
— Мне не поверят, — вздохнул Го Хэн, все-таки снимая занавески. Кровать оказалась не покупной, ее сделали явно вручную из досок, но сделана она была хорошо. Го Хэн вот так не умел. Только разрушать и научился…
— По секрету скажи, я поверю.
Го Хэн подумал, чего он теряет? Что его примут за сумасшедшего? Так уже принимали.
Хуже не будет.
— Слушай… есть, короче, параллельные миры. Как в дерьмовой фантастике, прикинь? Есть мир, где нет этой банды, а я вообще по жизни другим занят… Так вот, я был в одном таком мире, а вместо меня — другой я.
— Я подозревал, — признался внезапно очень легко Гун Ву. — Остальные решили, что все в порядке, но я-то знаю!..
— Что он еще натворил? — понял Го Хэн, сжимая занавески так, как хотел бы сжать горло другого себя.
— Босс, он ездил навестить твоих родителей. Босс, не злись, он оттуда вернулся счастливый! Прикинь?!
Го Хэн очень надеялся вернуться в тот мир, из которого пришел сюда, и пару-тройку раз приложить того Го Хэна башкой об стол.
***
— У меня… в общем, я не нашел ничего, но… есть чай с ромашкой…
Чжу Баи не выдержал и рассмеялся. Он сидел на кухне, на табуретке в углу. Да Джиан нагрел ему воду, чтобы нормально помыться. Помог донести ее до ванной. Времени прошло достаточно, чтобы Чжу Баи успокоился, но он все еще выглядел ошарашенным свалившимся на него. И после всего, что Чжу Баи видел, Да Джиан предлагал ему чай с ромашкой. Да Джиан стоял в дверях кухни и сам не мог прекратить нервно улыбаться. Чжу Баи поздно понял, что стены тонкие и наверняка его смех услышат, закрыл себе рот руками. Но он все еще задушено смеялся, хотя все это могло сойти за истерику. Он помахал рукой в воздухе, но Да Джиан не понял. Забавно, как однозначно люди могут трактовать жесты отрицания, но не понять согласия.