На выходе они так же столкнулись со следующим соискателем, кто вел с собой всего одного ученика, которого впору было за руку взять, чтобы не потерялся, настолько тот был юн. Бэй Чан остановился и некоторое время смотрел им вслед — молодому учителю и его маленькому ученику. Го Хэн вспомнил слова старика о том, что Чжу Баи ему отдали еще совсем маленьким. Несложно было догадаться, о чем думал Бэй Чан, наблюдая за этим, и Го Хэну снова стало очень стыдно за все, что он натворил. За все, что не смог сделать. Не в силах терпеть этого чувства вины, он отправился дальше один, наверняка нарушая этим что-то из заклинательских этикетов.
Том 2. Глава 16. Тогда ты не будешь против, если мы заберем то, что у тебя в рукаве?
Казалось, что в этом мире еще холоднее, чем в родном. Чжу Баи шел из спальни к туалету через сад, накинув теплый плащ. Все равно было холодно. На улице уже лежал нетронутый снег — было утро. Снег падал ночью и его еще не успели истоптать. За Чжу Баи оставались первые следы. Еще толком не рассвело, но уже было не так темно, как ночью. Как раз, когда он проходил мимо ворот, в них постучали. Чжу Баи даже отпрянул от неожиданности. Наверняка кто-то за воротами услышал его шаги и постучался уже будучи уверенным, что этот стук услышат.
Чжу Баи жил в доме своего врага, с толпой людей, больше похожих на зомби. Ему прямо говорили, что убьют его, как только он вырастет. Он не мог себе представить, чтобы что-то за воротами напугало его сильнее его нынешнего положения. Даже если бы там была банда грабителей — он просто отошел бы в сторону, уступая им дорогу. Он не настолько добр, чтобы отговаривать самоубийц. Так что он без особой заминки свернул к воротам и, немного повозившись с затвором, открыл их.
На пороге стояла девочка, ее щеки и нос покраснели от холода, хотя на ней тоже была меховая накидка, пусть и не такая теплая, как у Чжу Баи. Он узнал ее сразу — дочка лавочника.
— Давно ждешь? — спросил Чжу Баи, и только после этого его взгляд упал на сверток у нее в руках. Он только догадался, зачем она могла прийти. Девочка, не смотря на то, что сначала растерялась, сделала все по этикету: поклонилась, протянула Чжу Баи сверток.
— Готово, — почти прошептала она. Возможно, она боялась родителей Чжу Баи, и если бы открыл кто-то из слуг, она бы чувствовала себя уверенней. Они разговаривали через небольшую щель в воротах — незачем было распахивать их целиком, тем более, что Чжу Баи сначала не знал, кто за ней. Но после того, как он забрал сверток, дверь справа от него открылась больше, чтобы внезапно оказавшийся рядом слуга мог увидеть, кто там пришел. Это была та самая старая марионетка, что вчера забрала у Чжу Баи плащ и провожала в спальню. Одновременно с открытием двери он попытался отодвинуть от нее Чжу Баи и спрятать его во дворе.
— Поблагодарите вашего отца за работу. Не надо оставаться, мои господа примерят покупку днем и, если что-то нужно будет исправить, придут еще. Скорее всего, все хорошо. И вам спасибо за хлопоты, — слуга протянул ей монетки и что-то из завернутых в полупрозрачную бумагу сладостей. Было видно, что девочка разочарована — она надеялась поговорить с Чжу Баи, но того уже практически не было видно за воротами, только край его одежды и воротника. — А теперь, возвращайтесь домой.
Ворота закрылись, оставив девочку в утреннем полумраке и холоде. Она и не надеялась, что ее впустят, но все равно было обидно, что не удалось даже из щели в воротах рассмотреть, как живут богатые.
На улицу уже высыпали люди, но их все еще было не так уж много. И все они спешили по делам. Скорость хотьбы помогала и согреться и быстрее попасть в тепло. Девочке же домой не хотелось, там ждали дела, к тому же она и так уже замерзла, и бежать от холода теперь было бесполезно. Она пошла домой без спешки, вычерчивая ногами незатейливые узоры на снегу. Несколько шагов спустя она услышала:
— Сильно занята?
Сначала испугалась, потом осознала, что голос был детский, и что говоривший спрашивал без претензии о том, что она бездельничает. Она повернула голову — Чжу Баи перевесился через забор (хотя тот был метра три в высоту) и смотрел на нее сверху. Она была занята, но если отец узнает, что она играла с сыном заказчика — он ее простит. Поэтому девочка отрицательно покачала головой.
— Тогда погоди тут, я дойду, наконец, куда шел, и выйду.