Го Хэна словно прострелило через спину в грудную клетку. Он пропустил вдох. Сун Линь же продолжал:
— Помнишь, я говорил, что искал? Я искал не так уж хорошо. Стоило копнуть еще глубже, и я наконец нашел его! Такой же подонок, как ты.
В голове зашумело, словно его ударили. Го Хэн раньше и не думал об этом, но теперь стало ясно — он правда надеялся, что без него не обойдется. Что в самом конце рядом с Чжу Баи окажется именно он, и тогда-то уж он что-нибудь придумает, что-нибудь сделает! По крайней мере сможет оправдаться, сказав: «Нет, я не буду его насиловать». Но это был конец. Мало того, что в каком-то еще мире он поступил как мудак, повторил ту же ошибку. Где-то еще был мир, в котором Чжу Баи страдал! В котором с ним так обошлись, и из этого мира теперь вытащили Го Хэна. Похоже, готового повторить это и даже не раскаявшегося.
Го Хэн попытался что-то сказать, но получился хриплый звук, похожий на кашель. Сун Линь выглядел невозможно довольным. Настолько, что даже этой оболочке хотелось голову снести. Все пройдет без него. Чжу Баи просто снова отберут и больше Го Хэн никогда его не увидит.
— Он тоже из какого-то страшного мира, и у них это в порядке вещей. И он даже рад будет получить его снова. В этот раз я буду стараться для него. Атмосфера, одежда. Это же так забавно…
Го Хэн не выдержал — схватил ближайшую вещь, похожую на вешалку с рогами сверху. На «рогах» висело что-то, но все попадало на пол. Го Хэн ударил марионетку, потом еще два раза, пока вещь не переломилась пополам. Го Хэн задыхался, на ковре остались следы крови, тело было деформировано. Но все еще был слышен голос Сун Линя — он смеялся. Поднялся, вправил обратно кости, вернул на место голову. Даже крови на теле не осталось. Смех прекратился, когда Го Хэн схватил марионетку за ворот и поднял над полом. Та смотрела выжидательно своими детскими глазами, и в них не было страха или интереса, снисходительность только.
— Я тебе горло перегрызу, если с Чжу Баи что-то случится.
Марионетка снова рассмеялась, в этот раз захлебываясь своим смехом, настолько ее все это рассмешило. Го Хэн был в отчаянье, прекрасно понимая, что ничего сделать не сможет, и что Сун Линь это понимает. Но Го Хэн продолжал, задыхаясь от ненависти, злобы, бессилия:
— С любым из Чжу Баи. Если ты или кто-то по твоей указке его тронет. Даже если ты только попытаешься. Если любой из них вдруг пропадет — я найду тебя и зубами тебе горло вырву! Потому что ты уже заебал меня!
— Потому что он твой? — Сун Линь даже прервал свой смех, чтобы хрипло произнести это. — Ну не смешно ли? Что ты сделаешь, если оставить вас в покое?.. нет, не так. Как скоро он снова окажется в твоей постели? Насколько добровольно он там окажется? Или ты притворишься хорошим? Изменившимся? Раскаявшимся? — снова булькающий смех. Го Хэн не выдержал и швырнул ребенка об пол, словно куклу. Это получилось с такой силой, что марионетка даже отскочила и упала обратно, громкий смех прервался. Стало тихо, послышались крики и гул огня снаружи. Пока сложно было сказать, кто побеждает.
— Вы все такие предсказуемые. Стоит с одним познакомиться… найди себе другого Чжу Баи, — марионетка снова поднялась, поправила волосы и пышную ночную рубашку. — Я открыл их тебе вон сколько… Я же не отбираю того, что у тебя на груди. Да, Го Хэн, я знаю про него. Но мы договорились, что я его отдам. Хотя он был довольно интересным собеседником.
— Раз ты смог прийти сюда, значит и я смогу вернутся в твой мир. Если Чжу Баи пропадет… — Го Хэн сглотнул, не отрываясь от марионетки. Оказывается, ярость не уходила, если каждый раз враг поднимался живым и невредимым, наоборот захлестывала. Го Хэн уже задыхался. — То я найду тебя. Найду и заставлю заплатить за все…
— Нет-нет, ты должен был сказать: «Спасу его», а не отомщу. Ой, стой… ты же уже сам не веришь в то, что можешь его спасти? — Сун Линь изобразил удивление. У Го Хэна перед глазами потемнело от бессильной злобы, он снова замахнулся, но его привел в чувство третий голос.
— Что происходит? — маг Го Хэн стоял на лестнице, он выглядел запыхавшимся. — Зачем ты сюда пришел? Кто это ребенок?.. Погоди, это что?.. Это то, что я думаю?
Черт его знает, что он там думал, но теперь, когда никого нельзя было обмануть, девочка стала разлагаться. Прямо на ковер — сползла кожа, вытекли глаза, отвалились руки, вскоре это была только лужица органики на полу.
Том 2. Глава 23. Я позову тебя, когда будет пора