Агрессором был Го Хэн, который не так давно сбегал из школы, вернулся вместе с учителем и был посажен под арест. В школе думали, что Го Хэн чем-то провинился и его, может, высекут, может выгонят из школы, если сильно накосячил. Никто не верил, что это что-то серьезное. Сомнения возникали теперь, потому что в окружении заклинателей Го Хэн стоял не один. Он держал перед собой Ван Линг, свою соученицу, приложив лезвие меча к ее горлу. Над ними был обрывок барьера, который запирал магию всего, что в него попадало. Воспользоваться ей сейчас не могли ни Го Хэн, ни Ван Линг. Девушка была напугана и бледна. Медленно и в кольце учеников они передвигались к воротам из школы. Никто не смел ему мешать.
— Ученик, одумайся! Это же позор на всю жизнь! После такого никакая школа не примет тебя, никакой добрый человек не возьмет тебя в помощники, а честная женщина в мужья! — убеждал кто-то. Го Хэн почти не слушал. Но тут толпа перед ним расступилась, словно напоролась на скалы. Скалой этой оказался Тенг Фэй. Он преграждал Го Хэну путь, заставив того остановиться, но меч к шее Ван Линг прижал сильнее. На белой коже выступила кровь.
— Спасибо за барьер, — кивнул вверх Го Хэн. — Полезный.
— Как ты выбрался? — спросил Тенг Фэй. — Вернись обратно и я сделаю вид, что ничего не произошло.
— Нет, — отказался Го Хэн. — Я ухожу.
— Ты не можешь. Это тело не твое, ты можешь уйти только оставив его здесь.
— Да? А я предлагаю сделку. Девушка в обмен на это тело. Тоже ваша ученица. Тоже неплохо.
Толпа зашевелилась. К пустому кругу и хозяину школы вывалился Бэй Чан. В его взгляде было столько всего… Жалости, разочарования, боли, страха.
— Отпусти Ван Линг, пожалуйста, — попросил он. — Я… я заменю ее.
— Нет, с вами я не справлюсь, учитель, — покачал головой Го Хэн.
— Я запечатаю себя сам, — взмолился учитель. — Только отпусти мою ученицу. И я помогу тебе уйти.
— Младшая ученица, как получилось, что сбежавший ученик так сразу наткнулся на тебя?
— Я виновата, — признала Ван Линг. — Я хотела узнать, как дела у шисюна… Мы так давно не видели его.
— Пожалуйста, не вините девушку, — вступился Бэй Чан. — Они столько времени провели вместе, росли вместе. Ей сложно смириться.
Тенг Фэй достал меч, произнес, глядя на Го Хэна:
— Они в сговоре.
Го Хэн поджал губы и перенаправил меч так, чтобы его острие уперлось в грудь девушки. Та отрицательно покачала головой и замерла.
— Но что важнее… — продолжал Тенг Фэй. Он не договорил — сделал движение мечом. Не боевое, больше похожее на изящную фигуру. Но эта фигура словно бы взрезала что-то на спине Бэй Чана. И даже звук послышался такой, словно треснула ткань. Бэй Чан отскочил, и было заметно, как Тенг Фэй в этот момент попытался его поймать. Но Бэй Чан приземлился на скале, словно горный козел, и остался там. С него опадали куски чего-то светящегося… Словно он был укрыт тканью и теперь она, как сахарная, расползалась. Под фрагментами обнажилась настоящая личность человека. Это был Чжу Баи.
Том 1. Глава 22. За что избили Да Джиана
Го Хэн замер, не зная, радоваться ему или впасть в отчаянье. Ученики остановились, так же не зная, что происходит. Это же Чжу Баи! Они слышали, что его похитили, и все. А теперь Чжу Баи вернулся, но глава школы не выглядел обрадованный этому.
Из толпы вышел Да Джиан, остановился под скалой, ближе всего к Чжу Баи, спокойно приказал:
— Спускайся. Это конец.
— Нет, — ответил Чжу Баи. — Не люблю, когда меня запирают.
— Брат-заклинатель, никто не будет тебя запирать, — заверил один из учеников. Го Хэн примерно понимал, что для этих людей мир делился на черное и белое и атаковать его, Го Хэна, можно было, потому что он поднял руку на ученицу и посмел прикрываться ею. Чжу Баи же в мировоззрение этих людей был вернувшимся из плена. Априори его следовало обнять и сказать, как все рады, что он вернулся. Они же не знали, что вернулся не Чжу Баи…
— Это не ваш соученик. Это самозванец. — объявил Тенг Фэй.
— Разве? — Чжу Баи изобразил удивление. — Или главе школы будет удобно назвать меня самозванцем чтобы вместе с моим братом-заклинателем продать врагу?
В толпе зашептались, несмотря на почти военную дисциплину. Да Джиан скривился, повернулся к остальным ученикам и объявил:
— Глава школы говорит правду… Это не ученик нашей школы. А Чжу Баи, который был моим другом, отдадут только…
— Зачем вы врете? — отрезал Чжу Баи. — Когда мне было семь, я упал с меча и сильно порезал ногу, не мог идти. Старший ученик Да Джиан нес меня до учителя. Он думал, что я умираю, а я ревел, пугаясь его слов больше, чем раны. Когда мне было четырнадцать, мы решили спуститься в деревню у школы за сладостями, что продавали перед новогодними празднествами. Учитель запретил нам, но мы принесли и ему, поэтому он сделал вид, что не заметил нас. Мы оставили тогда сладости на пороге его дома.