— Убило… его это убило…. О боже…
Го Хэн аккуратно уронил его на матрас, схватился за брюки и потянул их вниз. Как бы Чжу Баи не брыкался, а вскоре оказался раздет. На нем оставалось только ханьфу, и то рваное. Го Хэн опустился сверху, придавив его своим весом, прикусил кожу на шее и погладил по боку, заодно оголяя его, задрав одежду. Хотя ему и не терпелось — он не спешил. Словно задался целью, чтобы и Чжу Баи было хорошо.
Чжу Баи хотел сопротивляться, но тело словно стало железным. Печкой. И внутри этой печки разгорался пожар. Это не было чем-то метафоричным — свет был виден через тонкую кожу, словно внутри зажглось яркое солнце. Чжу Баи уже чувствовал подобное, и сейчас, когда казалось, что больший ужас сознание уже не может испытать — оно испытало.
Го Хэн все еще был в иллюзии, он не заметил свечения. Постепенно разминая поясницу, подобрался к ягодицам Чжу Баи. Тот резко сел, попытался отползти. Го Хэн перехватил его за поясницу, перевернул на живот, проговорив:
— Хочешь так? Хорошо.
— Мир рушится, — глухо произнес Чжу Баи.
— Давно рухнул, — возразил Го Хэн, не отвлекаясь.
— Нет, ты не понимаешь… я снова… я снова все ломаю.
Го Хэн в этот момент задрал ханьфу и целовал спину Чжу Баи, положив ладонь на его живот. Слова Чжу Баи что-то в нем всколыхнули. Го Хэн прервался и уставился перед собой. Под кожей Чжу Баи горело алым, хотя жара никакого не ощущалось.
— Держи его крепче! — раздалось рядом, практически над ухом. Сун Линь появился в иллюзии и вокруг него она стала расходиться кругами, деформироваться. Го Хэн бездумно подчинился, словно забылся. Он схватил Чжу Баи — обхватил за талию и потащил к себе.
В руках вдруг стало пусто. Иллюзия рухнула окончательно. Го Хэн все еще приходил в себя и — вспоминал. Как попал сюда, что Чжу Баи в его мире мертв. Как прошлой ночью обещал защищать его, а сегодня чуть сам не изнасиловал. Вспомнил и то, что Чжу Баи только что был здесь…
Он растворился потому, что Го Хэн соврал. Го Хэн не исправился, он по-прежнему готов был стать монстром и забить на сопротивление и возражения. Го Хэну показалось, что внутри него что-то дало трещину. Что-то, что он каждый день заклеивал и думал, что оно продержится. Из глаз снова потекли слезы, он схватил с кровати одело и закрыл им лицо.
— Вот же… мелкий засранец. Он не должен уметь этим пользоваться, — процедил сквозь зубы Сун Линь. Го Хэн резко повернулся к нему, спросил, будто ребенок про потерянного котенка:
— Где Чжу Баи?
— Сбежал в другой мир, — нехотя признался Сун Линь. — Я думал, он был готов умереть… Лгун.
— Какой мир?!
— Подозреваю, что твой, так как времени для подготовки у него не было, а тут готовый путь.
У Го Хэна все оборвалось внутри, как только он представил этого Чжу Баи в своем мире. Красивого, с фарфоровой кожей, с длинными волосами, в легком облегающем халате… Это конец. Его изнасилует первая же попавшаяся банда.
Из-за того, что логово находилось в скалах — даже днем здесь было мрачно и темно. Резиденция стояла пустой и выглядела покинутой, потому что на весь клан тут жил только один человек — нынешний глава. Плюс в зарослях вокруг прятались и марионетки, которых сложно было назвать живыми, хотя они и маскировались под них. И в это место Тенг Фэй пришел практически один, потому что не мог допустить, чтобы кто-то еще видел то, что он пошел у врага на поводу. Даже ему было не по себе в такой жутком месте, а потом еще и из башни резиденции раздались шаги и шуршащий звук, словно кто-то шел и подволакивал что-то тяжелое за собой. Тенг Фэй уже думал, что так может идти только кто-то из марионеток, и меч успел достать, когда в темноте дверного прохода появился глава клана Юйлан. Он тащил за собой Го Хэна как мешок с рисом. Когда Сун Линь вышел на тусклый свет, стал виден синяк у него на скуле, треснувшую кожу на брови. У Го Хэна из носа текла кровь, сам он был в какой-то болезненном бессознании.
— Что произошло? — спросил Тенг Фэй. — Где второй ученик? К Го Хэну вернулась его личность? Что с его лицом?
— Он первым напал, — спокойно рассказал Сун Линь. — Все пошло не по плану.
— Не по плану?
— Да. Все сорвалось.
Тенг Фэй некоторое время стоял и смотрел на собеседника, не понимая. Очень скоро он разозлился — рука, сжимающая меч, затряслась, брови сошлись к переносице.
— Где мои ученики? Я пожертвовал репутацией и совестью, чтобы узнать, что все это было зря?
Сун Линь бросил взгляд на Го Хэна, затем себе за спину.
— Я ничего не могу сделать. Я думаю, что с этим учеником будет проще — наверняка он захочет сейчас вернуться в свой мир. Так что можешь забрать это тело, скорее всего в него скоро вернется родная душа.