Тогда Го Хэн предложил использовать этого Чжу Баи, чтобы найти его тело, но и тут было глухо. Бэй Чан единственный, кто мог общаться с тем Чжу Баи. Он тоже был заинтересован в том, чтобы отыскать тело, но отчего-то Чжу Баи отказался.
— Одного из ваших учеников нет, — подсчитал председатель. Потом внимательно и с чем-то похожим на подозрение уставился на Го Хэна не заклинателя и добавил: — И один лишний.
— Никто не лишний, я взял за него ответственность и тем самым взял его в ученики, — поклонился Бэй Чан. — И все мои ученики присутствуют здесь, но Чжу Баи со мной и сейчас слишком слаб, чтобы я мог раскрыть его перед остальными.
Все те, кто пришли с Бэй Чаном, теперь очень внимательно рассматривали его, пытаясь понять, куда он мог деть Чжу Баи. И хотя они находились с учителем дольше (и могли увидеть больше), собрание почему-то сразу кивнуло, словно и в самом деле где-то в кармане рассмотрело недостающего ученика соискателя.
— Что ж, условия соблюдены. Потрясающе, как ты смог даже в таком виде доставить ученика на свое испытание, — продолжал председатель.
— Это очень эгоистично с моей стороны, но того требовали правила.
— Удачного испытания тебе и твоим ученикам, — закончил председатель и дверь за их спинами сама по себе открылась. Когда Го Хэн разворачивался, чтобы идти, ему показалось колебание рядом с Бэй Чаном. А впрочем, может быть это и правда было разгулявшейся фантазией, просто его желанием увидеть Чжу Баи.
На выходе они так же столкнулись со следующим соискателем, кто вел с собой всего одного ученика, которого впору было за руку взять, чтобы не потерялся, настолько тот был юн. Бэй Чан остановился и некоторое время смотрел им вслед — молодому учителю и его маленькому ученику. Го Хэн вспомнил слова старика о том, что Чжу Баи ему отдали еще совсем маленьким. Несложно было догадаться, о чем думал Бэй Чан, наблюдая за этим, и Го Хэну снова стало очень стыдно за все, что он натворил. За все, что не смог сделать. Не в силах терпеть этого чувства вины, он отправился дальше один, наверняка нарушая этим что-то из заклинательских этикетов.
Глава 16. Тогда ты не будешь против, если мы заберем то, что у тебя в рукаве?
Казалось, что в этом мире еще холоднее, чем в родном. Чжу Баи шел из спальни к туалету через сад, накинув теплый плащ. Все равно было холодно. На улице уже лежал нетронутый снег — было утро. Снег падал ночью и его еще не успели истоптать. За Чжу Баи оставались первые следы. Еще толком не рассвело, но уже было не так темно, как ночью. Как раз, когда он проходил мимо ворот, в них постучали. Чжу Баи даже отпрянул от неожиданности. Наверняка кто-то за воротами услышал его шаги и постучался уже будучи уверенным, что этот стук услышат.
Чжу Баи жил в доме своего врага, с толпой людей, больше похожих на зомби. Ему прямо говорили, что убьют его, как только он вырастет. Он не мог себе представить, чтобы что-то за воротами напугало его сильнее его нынешнего положения. Даже если бы там была банда грабителей — он просто отошел бы в сторону, уступая им дорогу. Он не настолько добр, чтобы отговаривать самоубийц. Так что он без особой заминки свернул к воротам и, немного повозившись с затвором, открыл их.
На пороге стояла девочка, ее щеки и нос покраснели от холода, хотя на ней тоже была меховая накидка, пусть и не такая теплая, как у Чжу Баи. Он узнал ее сразу — дочка лавочника.
— Давно ждешь? — спросил Чжу Баи, и только после этого его взгляд упал на сверток у нее в руках. Он только догадался, зачем она могла прийти. Девочка, не смотря на то, что сначала растерялась, сделала все по этикету: поклонилась, протянула Чжу Баи сверток.
— Готово, — почти прошептала она. Возможно, она боялась родителей Чжу Баи, и если бы открыл кто-то из слуг, она бы чувствовала себя уверенней. Они разговаривали через небольшую щель в воротах — незачем было распахивать их целиком, тем более, что Чжу Баи сначала не знал, кто за ней. Но после того, как он забрал сверток, дверь справа от него открылась больше, чтобы внезапно оказавшийся рядом слуга мог увидеть, кто там пришел. Это была та самая старая марионетка, что вчера забрала у Чжу Баи плащ и провожала в спальню. Одновременно с открытием двери он попытался отодвинуть от нее Чжу Баи и спрятать его во дворе.
— Поблагодарите вашего отца за работу. Не надо оставаться, мои господа примерят покупку днем и, если что-то нужно будет исправить, придут еще. Скорее всего, все хорошо. И вам спасибо за хлопоты, — слуга протянул ей монетки и что-то из завернутых в полупрозрачную бумагу сладостей. Было видно, что девочка разочарована — она надеялась поговорить с Чжу Баи, но того уже практически не было видно за воротами, только край его одежды и воротника. — А теперь, возвращайтесь домой.