— Я по-прежнему не собираюсь с тобой разговаривать, — прибавил Чжу Баи, отвернувшись. — Раз уж так получилось, то позаботься об этом сосуде, но отнесись к этому как к простому амулету. Который нельзя терять.
— Как я спать теперь буду? Куда тебя прятать?
— Можешь спать спокойно, я подниму шум, если что-то пойдет не так.
Го Хэн снова опустил лицо на стол, поближе к стеклу. Чжу Баи ощутил неловкость, отвернулся поскорее.
— Я скучал, — выдохнул он. Чжу Баи прижался спиной к стеклу.
— И если ты сделаешь хоть что-то подозрительное, я позову на помощь, — пригрозил он. — Ты видел, они меня слышат.
Сун Линь мог бы потом долго не приходить к нему, чтобы помучить, тянуть с каким-то экспериментом, который ждал Чжу Баи. Но так получилось, что Чжу Баи пришел сам — в сарай, где обычно стояла белая вода с запахом полыни, в обычное время для этой процедуры. Теперь там были стол, веревки, круг на полу, который словно в подвал уводил, которого тут никогда не было. Чжу Баи остановился в дверях при виде всего этого. Снаружи снова шел снег, за столом в комнате стоял Сун Линь, раскладывая веревки словно товар на рынке по цене и свежести, хотя они и были все одинаковые. Кроме него тут были страж и лекарь с помощницей.
— Зачем веревки? — спросил Чжу Баи, глядя на стол пустым взглядом. Словно уже отрешился и был не здесь. — Мне не нравятся веревки.
— Будто ты когда-то на что-то впервые соглашался добровольно. Не удивлюсь, если бы без меня Го Хэну все равно пришлось бы применить силу. А, точно, он же ее и применил. Да, отлично его понимаю…
Чжу Баи без особой надежды обернулся, у выхода стоял тощий страж, который явно не собирался его выпускать.
— Я могу остаться одетым? — снова повернулся в комнату Чжу Баи.
— Не будешь сопротивляться? Не волнуйся, это… — Сун Линь попытался подобрать определение, но не мог. По этому Чжу Баи понял, что скорее всего будет больно. — … быстро закончится.
— Можно меня не связывать? — снова попросил Чжу Баи, проходя в комнату. Его трясло и почему-то больше всего пугали именно веревки.
— Сними верхнее одеяние и ложись на стол на спину, — проигнорировал его вопрос Сун Линь.
— У меня очень неприятные воспоминания, как раз про связывание.
— Мне надо, чтобы ты не дергался. Тебя либо будут держать, что наверняка станет еще неприятнее, либо просто зафиксируют веревками. Не волнуйся. Это не будет больно, — прибавил Сун Линь и в его улыбке проскользнула попытка быть добрым и сопереживающим. Чжу Баи, впрочем, не купился, но он слишком долго был здесь, чтобы понять — как бы он не сопротивлялся, не бегал, он все равно будет делать то, что от него хотят.
— Я не буду дергаться, — попытался еще раз Чжу Баи. Он чувствовал себя скверно, тошнило даже не от того, что его свяжут сейчас, столько от того, что это ему напоминало.
— Ты не сможешь это контролировать, а я не хотел бы снова травмировать твое ядро.
Чжу Баи ощущал напряжение вокруг, словно абсолютно все были уверены, что он побежит, и ждали этого, чтобы наброситься. Меньше всего ему хотелось, чтобы его сейчас трогали. Все, что он мог сделать — это оттянуть происходящее, но при этом не вызвать подозрений. Поэтому он долго возился с верхней одеждой.
Чжу Баи подумал, что это похоже на осмотр врача, и это его немного успокоило. Вряд ли Сун Линь хотел ему заранее вредить, так что в отсутствие боли он верил. Напрягали именно веревки.
Чжу Баи наконец справился с верхним ханьфу. В комнате было тепло, хотя никакого огня, чтобы согреться, тут не развели. Даже поверхность стола оказалась теплой. В этом можно было усмотреть даже заботу. Чжу Баи, ощущая на себе взгляды всех в комнате, лег на стол, спиной вниз, уставился в потолок и попытался отрешиться от происходящего. Но ноги коснулись холодные руки марионетки, и Чжу Баи едва не вскочил от испуга.
— Тише, — попросил Сун Линь шепотом, встав над его головой. Его пальцы коснулись шеи Чжу Баи и прежде, чем тот успел испугаться или решить, что его обманули — с него сняли ошейник. Тот самый, что мешал ему бежать в другой мир. Чжу Баи успел забыть о нем, он-то думал, что не сбегает потому, что боится последствий.
Веревки давили не сильно, словно его только для вида связали. Чжу Баи подсознательно все еще ожидал какого-то подвоха, что его обманули, но очень скоро само собой пришло знакомое ощущение — словно он стал двигателем. Внутри копилось тепло и энергия, и в этот раз он делал это под присмотром, было спокойнее. Нервировало, конечно, что он связан, но не было ужаса от того, что он вот-вот просто кончится и умрет. Он заметил, как дверь в несуществующий подвал засветилась. Сун Линь дождался, когда она полностью сформируется, открыл. Его осветило теплым, дневным светом, но в целом было тихо.