– Вы уже планируете свадьбу?
– Нет, мы не торопимся, может, года через три – четыре. Но тем не менее, родственники у него за это время не поменяются, – улыбнулась с ноткой отчаяния Кейт.
– Да, я слышала, что люди после пятидесяти лет даже психотерапии почти не поддаются.
Мне в этом плане повезло. Отец Ариза был мёртв, а его мать я видела всего раз, да и та показалась тихой и скромной женщиной. Мы жили в разных странах, и притираться со свекровью не приходилось. Чего не сказать о других родственниках – двух братьях бывшего мужа. С одним мы притёрлись чересчур, переспав, с другим тёрки были иного характера. Старший брат Ариза, Шах, при похищении поднимал на меня руку и, дай ему волю, спокойно бы убил.
Когда Давон вернулся в машину, он застал нас тренирующимися в произношении приветственных слов.
– Вы что, решили сделать меня единственным, кто не сможет вставить и слова?
Кейт засмеялась:
– А что? Мужчин иногда надо лишать права голоса, чтобы не мнили о себе слишком много.
– Я мню? – уточнил парень.
– Временами бывает.
– Но я же всё равно лапочка, – пококетничал он, и Кейт, погладив его по голове, поцеловала к щёку:
– Ну, разумеется, иначе зачем бы я с тобой встречалась?
Боже, какие нежности. Интересно, мы с Аризом выглядели так же в свои лучшие времена?
– Ты написала брату, чтобы тебя встретил? – уточнил Давон, выезжая с заправки. – Где именно тебя высадить?
– Сейчас уточню. Он обещал подцепить меня.
Я написала Барому, и мы в короткой переписке решили, где именно встретимся. Дома семей Давона и Кейт были в Кингс-Поинте, на Лонг-Айленде. Это уже не город Нью-Йорк, а город Северный Хемпстед, но через Нью-Йорк проезжать приходилось, так что брат написал, что через два часа будет в Куинсе.
– Ты если задержишься здесь, – вновь заговорила Кейт, – заезжай в гости, хорошо?
– Ладно, будем на связи, – кивнула я, но вспомнила о других связях и, найдя в контактах свою подругу Бомми, на всякий случай поинтересовалась, не дома ли сейчас она?
Ответ не пришёл от неё в течение пяти минут, и я поняла, что нет – сейчас она не в Штатах. Бомми отвечала либо сразу, либо через несколько дней, когда вылезала из тех далёких и недоступных мест, в которые закидывала её странствующая судьба.
Остатки дороги прошли под уговоры Давона сразу заехать к нему, чему Кейт сопротивлялась – соскучилась по своим и хочет заглянуть домой. Даже то, что она пропустила юбилей будущего свёкра – несколько дней назад отцу Давона исполнилось пятьдесят пять лет, – не заставило её смилостивиться. Я поняла, что Кейт предпочитает оттянуть встречу с миссис Сон.
Баром, как и обещал, ждал меня в оговорённой точке. Парни пожали друг другу руки, брат поблагодарил Давона за мою доставку. Мою сумку перекинули в багажник подержанного «форда», и я, наобнимавшись с братишкой, плюхнулась на переднее пассажирское. Пристегнулась. Помахала отъезжающей парочке, заработавшей себе плюс в карму тем, что без презрения посмотрели на транспортное средство, в котором я оказалась. Хоть и детишки миллионеров, а на дороговизне не зациклены.
– Это что за колымага? – спросила я Рому.
– «Форд», – ровно ответил он.
– Это я вижу. Но не ожидала от тебя такой скромности.
– А что в скромности плохого? Мама всегда учила, что скромность – большое достоинство.
Возразить было нечего. Меня порадовало, что он придерживается маминых нравственных заветов, которые пытался отвергать какое-то время, узнав, что она ему не родная.
– На самом деле, в Нью-Йорке вообще машина не очень нужна, – пояснил брат, – не вижу смысла заводить какую-то неебическую тачку, если сажусь за руль раз в месяц.
– Такси наше всё?
– Именно. К тому же, не хочу тратить деньги отца, которых не так много, как когда-то, и пользоваться щедростью Ку тоже. Заработаю сам, тогда буду тратить вдоволь. Своё, а не халявное.