Таппер очень похоже изобразил звонок телефона. Любопытно, как попал телефон в дебри, где одиноко блуждает его воображаемый кот? Может, кот набрел на телефонную будку посреди темной, залитой дождем чащи и теперь хочет узнать, где же он и как ему вернуться домой?
Снова телефонный звонок, потом короткое, выжидательное молчание. И вдруг Таппер сказал мне с досадой:
– Да отзовись ты! Это ж тебя!
– Что такое?!
– Скажи – слушаю! Давай отвечай.
– Ладно, – сказал я, лишь бы он не злился. – Слушаю.
И тут он заговорил голосом Нэнси, да так похоже, что мне показалось – она тут, рядом.
– Брэд! – позвала она. – Брэд, где ты?
Она почти кричала, задыхалась от волнения, голос дрожал и срывался.
– Где ты, Брэд? Куда ты исчез?
– Трудно объяснить, – сказал я. – Понимаешь…
– Где я только не искала! – Она захлебывалась словами. – Мы тут все обыскали. Тебя весь город ищет. А потом я вспомнила про этот телефон у папы в кабинете – знаешь, который без диска. Я его и раньше видела, только внимания не обращала. Думала, это какая-то модель, или игрушка, или так, подделка, обман шутки ради. А сейчас столько шума из-за этих телефонов в хижине у Шкалика Гранта, и Эд Адлер рассказал мне, что у тебя в конторе тоже был такой аппарат. И под конец до меня дошло: может, и у папы такой же телефон. Только до меня ужасно долго не доходило. А потом я пошла к папе в кабинет, стала, и стою, и только смотрю на этот телефон… понимаешь, просто струсила. Стою и думаю: кто его знает, возьмусь за него – и вдруг начнется что-то очень страшное. А потом собралась с духом, сняла трубку, слышу – дышит, ток есть, я и спросила тебя. Конечно, это дурацкий поступок, но… Так что ты сказал, Брэд?
– Я говорю, очень трудно объяснить толком, где я. Сам-то я знаю, да объяснить не могу, никто не поверит.
– Скажи мне. Не трать время зря. Только скажи, где ты.
– В другом мире. Я прошел через сад…
– Куда прошел?!
– Просто я шел по саду, по следам Таппера, и вдруг…
– По каким следам?
– По следам Таппера Тайлера. Я, кажется, забыл тебе сказать: он вернулся.
– Не может быть! Я прекрасно помню Таппера. Уже десять лет, как он исчез.
– Он вернулся. Сегодня утром. А потом опять ушел. И я пошел по его следам…
– Это ты уже говорил. Ты пошел за Таппером и очутился в другом мире. Где он находится, этот мир?
Нэнси – как все женщины: задает невозможные вопросы!
– Точно не знаю, но он в другом времени. Может быть, разница только в одну секунду.
– А вернуться ты можешь?
– Попробую. Что выйдет – не знаю.
– А я не могу тебе как-нибудь помочь? Или все мы – весь город?
– Слушай, Нэнси, это пустой разговор. Скажи лучше, где твой отец?
– Он сейчас у тебя дома. Там полно народа. Все тебя ждут.
– Ждут? Меня?
– Ну да. Понимаешь, они все обыскали и знают, что в Милвилле тебя нет, и многие считают, что ты знаешь, в чем секрет…
– Это насчет барьера?
– Да.
– И они здорово злы?
– Некоторые – очень.
– Слушай, Нэнси…
– Не трать зря слов. Я и так слушаю.
– Можешь ты пойти туда и потолковать с отцом?
– Конечно!
– Вот и хорошо. Скажи ему, что, когда я вернусь… если только сумею… мне надо будет с кем-нибудь поговорить. С кем-нибудь наверху. На самом верху. Может, даже с президентом, или кто там к нему поближе. Или с кем-нибудь из Организации Объединенных Наций.
– Кто же тебя пустит к президенту, Брэд?
– Может, и не пустят, но мне нужно добраться до кого-нибудь там повыше. Мне надо им кое-что сообщить, правительство должно об этом знать. И не только наше – все правительства должны знать. У твоего отца наверняка найдутся какие-нибудь знакомые, с кем он может поговорить. Скажи ему, дело нешуточное. Это очень важно.
– Брэд… Брэд, а ты нас не разыгрываешь? Смотри, если это все неправда, будет ужасный скандал.
– Честное слово, – сказал я. – Нэнси, это очень серьезно, я говорю тебе чистую правду. Я попал в другой мир, в соседний мир…
– Там хорошо, Брэд?
– Недурно. Всюду одни цветы, больше ничего нет.
– Какие цветы?
– Лиловые. Их мой отец разводил. Такие же, как у нас в Милвилле. Эти цветы все равно что люди, Нэнси. И это они огородили Милвилл барьером.
– Но цветы не могут быть как люди, Брэд!