– Как же, сенсация, – сказал я.
– Да, верно. А мне неспокойно, Брэд. Все держится на волоске. У людей слишком натянуты нервы. Все перепуганы, взвинчены. Любой пустяк может вызвать панику.
Он подошел ко мне совсем близко.
– Что ты думаешь делать, Брэд?
– Пойду домой. Меня там ждут. Пойдемте?
Доктор Фабиан покачал головой:
– Нет, я уже там был, а потом меня вызвали к Флойду. Я, знаешь, совсем вымотался. Пойду лягу.
Он повернулся и, тяжело волоча ноги, двинулся к дому, потом оглянулся:
– Будь поосторожнее, мальчик. Из-за этих цветов слишком много шума. Говорят, если бы твой отец не стал их разводить, ничего бы не случилось. Многие думают, что твой отец затеял какое-то черное дело, а теперь и ты в него ввязался.
– Ладно, буду смотреть в оба, – сказал я.
Глава 16
Они сидели в гостиной. Едва я переступил порог кухни, меня увидел Хайрам Мартин и заорал во все горло:
– Вот он!
Вскочил, ринулся в кухню, но на полдороге остановился и посмотрел на меня как кошка на мышь.
– Долгонько ты валандался, – изрек он.
Я не стал отвечать. Молча положил завернутый в куртку аппаратик на кухонный стол. Край куртки отвалился, и под висячей лампой засверкали торчащие во все стороны линзы. Хайрам попятился.
– Что это? – спросил он.
– Это я прихватил с собой. По-моему, это машина времени.
На газовой плите на слабом огне стоял кофейник. В раковине громоздились немытые кофейные чашки. Жестянка с сахаром открыта, сахар рассыпан по столу.
Из гостиной в кухню повалил народ – я и не думал, что их тут столько набралось.
Нэнси обошла Хайрама и стала передо мной. И положила руку мне на плечо.
– Целый и невредимый, – сказала она.
– Отделался легким испугом, – ответил я.
До чего она хороша! Я и не помнил, что она такая красивая – еще красивее, чем была в школе, в дни, когда в моих глазах ее окутывала звездная дымка. Вот она, совсем рядом, – еще красивей, чем ее рисовала моя память.
Я шагнул к ней, обнял за плечи. На миг она прислонилась головой к моему плечу, потом снова выпрямилась. Теплая, нежная… нелегко от нее оторваться, но все смотрели на нас и ждали.
– Я кое-кому звонил, – сказал Джералд Шервуд. – Сюда едет сенатор Гиббс, он тебя выслушает. С ним едет кто-то из Госдепартамента. За такой короткий срок я больше ничего не мог сделать, Брэд.
– И это сойдет, – сказал я.
Я стоял у себя в кухне, и рядом была Нэнси, а вокруг все знакомое, привычное, огонь лампы поблек в свете ранней зари – и теперь тот, другой, мир словно отступил куда-то далеко, черты его смягчились, и, если даже в нем таилась угроза, она тоже как бы поблекла.
– Ты мне вот что скажи, – выпалил Том Престон, – что за чепуху Джералд рассказывает про цветы, которые разводил твой отец?
– Да-да, – поддержал мэр Хигги Моррис, – при чем тут цветы?
Хайрам ничего не сказал, только злобно усмехнулся, в упор глядя на меня.
– Джентльмены, – воззвал адвокат Николс, – так не годится. Справедливость прежде всего. Сначала пусть Брэд расскажет нам все, что знает, а потом будете задавать вопросы.
– Что бы он ни сказал, все важно: мы ведь совсем ничего не знаем, – поддержал Джо Эванс.
– Ладно, – сказал Хигги. – Послушаем.
– Сперва пускай объяснит, что это у него за штука на столе, – заявил Хайрам. – Может, она опасная. Может, это бомба.
– Я не знаю, что это такое, – сказал я. – Но оно связано со временем. Оно как-то управляет временем. В общем, это фотоаппарат времени, машина времени – называйте как хотите.
Том Престон пренебрежительно фыркнул, а Хайрам опять злобно ощерился.
Все это время в дверях стояли рядом отец Фленеген, единственный в нашем городе католический священник, и пастор Сайлас Мидлтон из церкви через дорогу. Теперь старик Фленеген заговорил – так тихо, что едва можно было расслышать; голос его был слаб, как поблекший свет лампы и первые лучи рассвета:
– Я меньше всего склонен думать, будто кто-либо может управлять временем, а цветы как-то причастны к тому, что случилось у нас в Милвилле. И то и другое в корне противоречит всем моим понятиям и убеждениям. Но в отличие от некоторых из вас я готов сначала выслушать, а уже потом судить.
– Постараюсь вам все выложить, – сказал я. – Постараюсь рассказать подряд все, как было.
– Тебя разыскивал по телефону Элф Питерсон, – перебила Нэнси. – Он звонил раз десять.
– А свой номер он оставил?
– Да, вот я записала.
– Элф обождет, – сказал Хигги. – Сперва послушаем, что ты там припас.
– Пожалуй, и правда не стоит откладывать в долгий ящик, – сказал Джералд Шервуд. – Пройдемте в гостиную, там будет удобнее.