Его рука легла на её голову, пальцы принялись медленно наматывать волосы на затылке, заставляя насаживаться на него, подчиняясь его ритму. Лера закашлялась, когда он вжался в неё слишком сильно, не давая вздохнуть, и, стоило ей отпрянуть, как он резко поднял её на ноги и рывком опрокинул на стол. Юбка задралась к талии, кружевные трусики упали на пол, и властные руки слегка раздвинули бёдра. Лера невольно вздрогнула, когда влажные пальцы прошлись по её складкам, ныряя внутрь, и следом, без перехода, резко толкнулся член.
Аджитт крепко держал её за бёдра, вбиваясь в неё с громкими влажными шлепками. Лера вцепилась в столешницу, приподнимая ягодицы, подаваясь навстречу — вопреки всему тело начало откликаться на грубые движения, внутри стало горячо, сладко, и с каждым толчком с губ слетал короткий стон — напряжение, копившееся последние двое суток, искало выход, естественный и приятный. Она слышала его дыхание, чувствовала, как впиваются в кожу пальцы, но главное сосредоточилось сейчас там, где он входил в неё, заставляя ощутимо ударяться о край стола. Рядом с лицом вдруг резко опустилась чужая ладонь, крепко сжимая край столешницы, и Аджитт вдруг замер, глухо, протяжно застонав. Через две секунды он вышел из неё и, судя по звукам, принялся приводить себя в порядок.
Лере хотелось кричать и плакать от разочарования — она была так близка к оргазму! Но в то же время начал накатывать запоздалый стыд при мысли о том, как именно она сейчас выглядит. Осторожно выпрямившись, Лера сжала ноги вместе, чувствуя, как по ним стекает его сперма.
— Там, — кивок на дверь — душ. Приведи себя в порядок. Мы увидимся вечером, а пока за тобой присмотрит Ракеш. — Аджитт уже полностью оделся и смотрел на неё всё тем же равнодушным, холодным взглядом. — Если он чего-то от тебя захочет — дай.
Не в силах больше оставаться под этим пронзительным взглядом, Лера быстро кивнула, опустила глаза и поспешила в душ. Только оказавшись за дверью, она дала волю слезам, которые всё-таки хлынули из глаз — слёзы обиды и разочарования. Она и сама не могла понять, что именно пошло не так — ведь не должен же он признаваться ей в любви с порога! Но чувство, что её использовали, не покидало. Но разве не затем она здесь?..
Лера выпрямилась и глубоко вздохнула, подошла к раковине, включая воду, и посмотрела на себя в зеркало. Растрёпанные волосы, размазанная губная помада и сумасшедший блеск в глазах — возбуждение всё ещё давало о себе знать, отзываясь тянущей болью внизу живота. Лера поднесла руку к лобку, осторожно смывая липкую жидкость с внутренней стороны бёдер. Потом раздвинула влажные губы, нежными движениями обмывая их, и, наконец, коснулась клитора, решив, что удовольствие всё-таки сегодня получит…
— Ты там не уснула? — раздался за дверью голос Ракеша. Лера испуганно распахнула глаза и покосилась на дверь — точно ли закрыта? Быстро опустила вниз юбку, с отчаянием понимая, что трусики остались лежать рядом со столом Аджитта. Пригладив волосы и стерев остатки губной, Лера спешно вернулась в кабинет.
Аджитт уже ушёл, а Ракеш стоял, покачивая на одном пальце чёрное кружево.
— Твоё? — улыбнулся он.
Лера подошла, протянула руку, чтобы забрать, но он тут же сжал их в кулак, пряча в карман.
— Отдам потом. Поехали. Мне надо рассказать тебе, наконец, о том, куда ты попала. И познакомиться поближе, конечно же.
От его взгляда сердце вновь встрепенулось, и Лера невольно втянула в себя нижнюю губу, облизнувшись. Глаза Ракеша опасно сверкнули, и он распахнул перед ней дверь, пропуская вперёд.
Пятая глава
Лера смотрела прямо перед собой, пока лифт спускался вниз, но Ракеша, который стоял в двух шагах от неё, чувствовала нутром. Он словно затягивал в себя, пульсируя в каждом ударе сердца. Лера честно старалась не смотреть на него, но, стоило дверям Бентли закрыться за ней, как взгляд невольно перетёк на его руки. Длинные пальцы снова легли на руль, а между Ракешом и Лерой зазвенело напряжение. Чтобы отвлечься, Лера спросила:
— Так что, может, наконец, прольёшь тайну на то, что вокруг происходит?