— Ты не можешь просто так бросаться такими цифрами!
— Я не просто так изучал этих существ.
Голова Майкла заболела от упорных попыток связать все факты воедино. Он и правда уже очень долго не встречал людей. Ни таких же путешественников как он сам, ни людей, что пытались где-то переждать этот конец света. Он, конечно, помнил о священнике, встреча с которым продолжалась не долго. Чаще он встречал тех самых демонов, которые всё время удачно набредали на Майкла и других выживших: один, от которого он прятался в коробке, в церкви, на перекрестке в городе, и, тот самый громкий вой по дороге в город. Создания, царствующие за пределами безопасных домов, уже заканчивали свои ужасающие миссии, из-за чего повторно возвращались на опустошенные места, где выискивали — причём, как удалось заметить, довольно удачно — выживших.
— И сколько их всего? — поинтересовался Майкл, прикидывая шансы того, на сколько долго он ещё будет в состоянии прятаться от преследования.
— Сорок шесть.
— Меня пугает твоя осведомлённость…
— Сорок шесть, о которых я знаю… кого-то видел сам, о ком-то слышал от людей.
— Значит, теперь их сорок два. — Майкл слегка улыбнулся.
— Сорок два?..
— Троих убил ты, одного — мы. — Мужчина осторожно указал пальцем на снайперскую винтовку незнакомца. Было понятно, что речь шла о метках на стволе.
— Вы убили одного из них?! — Теперь была очередь незнакомца удивлённо вскрикивать. Он звучал так, будто бы был напуган из-за того, что убили кого-то из его семьи, того, кем он дорожил.
— Да… — слегка смущаясь ответил Майкл, не понимая, как ему реагировать на поведение собеседника.
— Где это было?! Как это произошло?! Как давно?! — Незнакомец почти накинулся на Майкла. Он подошел в упор и, схватив того за руку, пристально уставился на вжавшегося в диван гостя.
— Где-то неделю назад. Это случилось в католической церкви, что стоит в парке Нью-Гершина. То существо ворвалось к нам через подземный тоннель, и погибло из-за того, что ему на голову свалился огромный крест.
— Как оно выглядело? — Незнакомец слегка притих. Версия Майкла убедила его в правдоподобности.
— Огромное змееподобное создание, с бычьей головой. У него ещё чешуйчатые складки на животе раздвигались, откуда вылезали тощие руки.
— Снарбул… — почти про себя прошептал незнакомец.
— Что? — не расслышав собеседника переспросил Майкл.
— Я… даю им имена. Тот, кого ты описал, я наименовал Снарбулом. О нём я слышал только со слов человека, видевшего его издалека. Когда мы встретились, и я стрелял в огромного волка-ящерицу, то его я звал Ворсд.
— Почему ты даёшь им имена?
— Не знаю… удобно. Облегчает запоминать их внешний вид и данные.
— Может, ты знаешь и другого, которого я видел?
— Может и знаю.
— Огромный, где-то метров пять высотой. Передвигается как горилла, чем-то даже напоминает черепаху из-за панциря на спине, а голова у него, как содранная до кости человеческая черепушка с бараньими рогами.
— Дуилгримм.
— Странное создание. Оно вело себя так, будто что-то осознавало, понимало. Это существо сидело в засаде на меня, ещё умудрилось раскрыть моё укрытие, странно застыть под лучом света, и…
— И?..
— Мне кажется, что оно пыталось говорить со мной.
— Это уже нелепо…
— Правда! Я, когда впервые встретил его, то прятался в коробке и следил за ним. Он подошел ко мне вплотную и начал смотреть не сводя глаз. Его рот то открывался, то закрывался, и, он даже высунул свой язык, будто что-то говорил.
— Они не умеют говорить.
— Знаю, но всё же меня не покидало странное чувство при виде этого монстра.
Майкл с незнакомцем нашли общий язык. После непродолжительного разговора, они наконец-то успокоились. На дворе была уже глухая ночь, и все это осознали только тогда, когда Мария принялась устало зевать и с трудом держала глаза открытыми. Из-за длительной дискуссии и лекции о «демонах», Майкл был бодр, но звуки, издаваемые Марией, начали и его окутывать чарами.
— Можете упасть здесь, теперь это ваша комната, — сказал незнакомец, уходя в другую часть помещения.
— Но ты куда? — поинтересовался Майкл. После встречи со священником, каждая любезность в его сторону казалась наигранной и подозрительно враждебной.
— У меня есть личные покои. — После этих слов Стрелок вошел в прочную дверь, на которую Майкл ещё давно обратил внимание. Панель послушно отодвинулась после легкого толчка со стороны входящего. Незнакомец скрылся в темноте, и панель задвинулась за ним.
Майкл послушно оставался сидеть на своём месте. Мария осторожно легла на другом краю дивана и уснула. Ему же просто оставалось последовать примеру подруги.
Упав на упругую спинку, Майкл уже думал действительно расслабиться и уснуть, но что-то мешало ему и поддерживало его в реальном мире. Диван уже не казался таким мягким, когда он впервые опустился на него. Что-то тревожило его, но он не понимал, что именно. Вокруг была приятная обстановка, безопасная, светлая и тихая. Недалеко лежала Мария, которой также не угрожала опасность. Почему бы не насладиться этим маленьким раем, пока есть такая возможность? Что-то в произошедшем грызло Майкла изнутри. Вчера всё было прекрасно и спокойно, сейчас же наоборот.
Мужчина медленно начал проводить взглядом по всей комнате, пытаясь прикинуть, что именно ему не нравится. Он очередной раз раскидывал по полочкам всё случившееся, чтобы найти ту самую назойливую мысль. Мыслей этих оказалась целая куча, и запрятаны они были глубоко за мнимым спокойствием и безопасностью. За неожиданной встречей незнакомца и загадочной учтивости Марии, которая была довольна всем. Может, Майкл просто завидовал, как быстро удалось Стрелку расположить к себе девушку? Это произошло куда быстрее, чем у него… Возможно это и была главная причина. Мария встретила незнакомца, пожалуй, в самый спокойные период своей жизни. У неё была возможность определиться с тем, кто она такая, чего ей ждать от жизни, и много другое. За этот короткий день она поняла, что Стрелок частично спас её от волка-ящера, накормил и дал безопасное место, где можно было согреться и уснуть на мягком диване, а ещё это место и выглядело вполне достойно, чтобы можно было в нём жить. Само помещение так и говорило, что незнакомец полноценно заслужил право обитать в нём, — он полностью обустроил его под свои нужды. Здесь было душно и грязно, но уютно. Это была классическая берлога холостяка. С Майклом Мария встретила почти самые худшие моменты жизни. Она была в плену, подверглась ужасному нападению чудовища и была вынуждена в страхе выхаживать раненного Майкла, ей приходилось путешествовать неведомо куда, каждый день испытывая боль и раздражение. Страх — если она его испытывала, то просто прятала за гримасой спокойствия — был для неё извечным третьим спутником. В таком противостоянии, незнакомец на голову обошел Майкла, в гораздо сжатые сроки.
Общее смущение и раздражение, а также скрытый страх и неприязнь к чему-то окружающему не было какой-то банальной причиной ревности и зависти. Мария была дорога Майклу, но он бы с радостью предоставил её более подходящему человеку, если бы с ним ей было лучше. Сам незнакомец, был прямым олицетворением наделенного им имени. Даже после непродолжительной беседы с гостями, никому не удалось ничего узнать о новом хозяине этого завода. Он умело уходил от вопросов, разговаривая только на общие, но столь важные в текущее время темы. Даже не говоря и слова о себе, он сильно интересовался исключительно новоприбывшими. Что-то другое таилось совсем близко к Майклу, на расстоянии нескольких метров. Огромное количество заметных странностей, на которые просто не хотят обращать внимание. Незнакомец пристально прятал своё лицо. Даже находясь у себя дома, он оставался полностью скрытным. При уходе к себе в тайную комнату, он не выключил у гостей свет. Откуда он берёт энергию? Ни разу Майкл не заметил, чтобы видел какой-либо провод или шум генератора. К чему такая трата? Электричество сейчас должно быть ценнее, чем когда-либо. К тому же, после того как незнакомец покинул гостей, не было слышно того, что он начал куда-то уходить или что-то делать. После того, как он вошел в дверной проём, был звук только того, как за ним закрылась панель. Ушедший будто просто остановился по ту сторону прохода и принялся чего-то ждать. Майкл снова начал нервничать, не в силах побороть паранойю. Он ожидал, что очередное спокойствие обрушится на его голову и заставит бежать.