Пролог
Сидя у окна небольшой, но пропитанной теплом и уютом кухни, вдыхая ароматы свежего
базилика и тимьяна, семнадцатилетняя Мелани впервые за столь долгое время возвратилась к
облюбленному занятию:
«Я люблю солнце, - писала она в заметках мобильного, - люблю шелест только распустившихся,
сочно-зеленых листьев. Люблю легкий ветер, развивающий волосы, облака, на бездумное течение
которых могу смотреть часами. Они словно пушинки, плывущие в чарующей синеве неба. Когда-то
я наслаждалась жизнью. Но почему мне снова больно? Почему меня не отпускает прошлое и
почему как бы не пыталась, не могу представить, что меня ждёт в будущем? Как так вышло, что
солнце, небо, облака - все, что некогда искрилось у меня в глазах, вызывая восторг, стало серым,
безжизненным?
Иногда меня забавляет то, что в любой момент я могу оступиться и упасть. Только вот насколько
глубоко я смогу спуститься? Может я уже в самом низу?»
Глава 1
Вбежав в квартиру с чувством абсолютной нереальности происходящего, разбросав все содержимое аптечки, юная девушка снова оказалась в маленькой, ничем не примечательной ванной, ещё мгновение и она провалится в воспоминания, что вызывают жуткие приступы.
К двери ванной комнаты тихо подошёл мужчина. Его волосы уже тронула седина, лицо покрывали грубые морщины, а сердце словно не билось и вовсе. В его глазах давно пропал запал, но хуже всего - он не мог вернуть его той, ради которой жил сейчас. Аккуратно придвинув голову к щели в двери, он не услышал ни единого звука. Тогда он мягко опустил железную ручку, но дверь не поддалась. Издав усталый вздох, он не нашел ничего лучше, кроме как промолвить невнятное «прости», а затем уйти к себе.
* * *
Был холодный зимний вечер, канун рождества, тогда как я решила выйти прогуляться до торгового центра. Сегодня весь день я отдала рисованию, одна девушка попросила меня разрисовать ее одежду и это было просто удивительно. Уже очень давно я не получала такого удовольствия. И уж тем более очень давно я не бралась за кисть.
Наслаждаясь музыкой в наушниках, думая о падающих снежинках и небольшой дозе успокоительного в организме, я шла, не ощущая ничего: ни мороза, ни ветра, даже тревожность не беспокоила... пока. Зайдя в огромный торговый центр, я вновь почувствовала себя неуютно, хотя это давно перестало меня заботить.
«Я одна, - мысль не уходила из головы, - В полном одиночестве, среди этих людей».
Новогодняя суета, влюбленные парочки, дети - всё это не вызывало у меня ничего, кроме дискомфорта.
Немного раньше, ещё дома, я решила, что можно неплохо развлечься вечером на кухне и вот... зашла в продуктовый и купила все необходимое для лазаньи, ведь хоть раз в жизни надо попробовать её приготовить, верно? Готовлю я, кстати говоря, хорошо, по крайней мере лучше, чем единственный представитель моей семьи - "любимый", "дорогой", "понимающий" дядя.
Конечно же все вышеперечисленное сарказм. Он урод.
Скупив ещё пару шоколадок и сок и решив покинуть магазин, я направилась к выходу.
«Ха-Ха, я всех просто обожаю! Люди, рождество, лютый мороз - все такое крутое!! Жизнь - чудо, Я - совершенство, пойду домой и приготовлю лучший ужин за всю историю» - проговаривая каждое слово про себя мне становилось только хуже, но мой психолог на этом настаивает, он вообще милый, но такой зануда...
Хотела бы я, чтобы мой вечер закончился именно так. Моему счастью не было бы предела настолько, насколько позволяет действие успокоительного, но не всегда все идет так, как хочется.
Позади раздался восторженный вопль:
- Мел! Мелани!
Услышав знакомый голос меня захлестнула неподдельная радость:
- Софи, - оглянувшись я увидела свою давнюю подругу, которую не видела несколько лет.
Она стояла, распахнув руки для объятий, и я быстро преодолела небольшое расстояние, чтобы ее обнять. Немного отстраняясь, уже собираясь заваливать подругу вопросами по типу: как же так вышло, что спустя нескольких лет жизни в Аргентине она не написала, что вернулась и даже не позвала встретиться. Но голос дрогнул, и я остановилась, не закончив предложение:
- Какими судьбами...
От легкой улыбки не осталось и следа. Внутри все похолодело, только сейчас я заметила рядом стоящего человека, глаза которого горели таким же ледяным ужасом, что и мои. Мне стоило лишь встретиться с его взглядом, как дрожь в руках стала сильнее обычного, во рту все пересохло, а в голове застыл образ, который я так рьяно желала забыть и который являлся в самых ужасных кошмарах.
- Мэл, знакомься, это Ариан, - радостно воскликнула Софи. - Он из Норвегии и у него идеальный английский. - подмигнула подруга.
Мне оставалось лишь делать вид, что я его не знаю, и собирая в кулак все свое самообладание попыталась выдавить что-то вроде улыбки, но сомневаюсь, что вышло хорошо - меня одолевала паническая атака.
- Я.. я очень спешу, срочно надо бежать, там дядя дома, я.. - глотая нервный срыв и пытаясь собрать мысли в кучу, мне стало тяжело дышать. Внутри все сплелось в тугой узел, стены магазина будто давили, не давая вздохнуть. Паника накрыла меня. Как же долго и упорно я пыталась от нее избавиться, и как же быстро все накрылось медным тазом.
Подруга взволнованно окинула меня взглядом:
- Мелли, все в порядке?
Держась из последних сил, я взглянула в глаза человека, что разрушил мою жизнь, уничтожил мой мир, зиждущийся на единственном дорогом человеке. Воспоминания непрошено хлынули, проносясь перед глазами с небывалой скоростью. Я смотрела в глаза Ариана, что жил в Норвегии и искусно владел английским, Ариана, что убил мою старшую сестру. Он же, поджав хвост, словно невинная собачонка, даже не осмелился посмотреть на меня в ответ.
- В порядке, я напишу тебе позже, очень спешу. - даже не пытаясь скрыть отвращение я развернулась и ушла прочь.
- Конечно, беги... спишемся! – крикнула вслед Софи.